Глобализация

Глобализация, как правило, выражается в трёх экономических процессах. Во-первых, произошёл рост объёмов мировой торговли, так что предприятия конкурируют теперь не просто в рамках собственного национального хозяйства, а по всему миру. Естественным результатом такого роста торговли является изменение природы мировой конкуренции. Предприятия используют информационные технологии, чтобы размещать свои производственные мощности в любой точке мира, где дешевле факторы про­изводства [Castells 1996]. Рабочие места из развитого мира могут быть перенесены в страны третьего мира, потому что заводы можно контролировать дистанционно, навыки передавать, а уровень зарплат там достаточно низок, чтобы компенсировать дополнительные трансакционные издержки и более низ­кий уровень производительности [Shaiken 1993]. Информационные технологии подразумевают воз­можность создания и координации всё более длинных цепей поставок.

Во-вторых, глобализация состоит в подъёме так называемых азиатских тигров, который произошёл за счёт сокращения рабочих мест в Европе и Северной Америке. Американские, японские и в меньшей степени европейские предприятия переместили свои производства поближе к источникам недорогого, но относительно высококвалифицированного азиатского труда. Быстрый рост этих экономик связан с целым рядом факторов: ведомые государством программы развития, создающие инфраструктуру; лёг­кость инвестирования; высокие вложения в человеческий капитал; политическая стабильность и от­крытость для мирового капитала [Wade 1990; World Bank 1993; Evans 1995; Akyuz, Gore 1996; Campos, Root 1996].

И, в-третьих, глобализация выразилась в значительном расширении мировых финансовых рынков кре­дитов, активов и особенно валюты. Аналитики этих рынков видят в огромном числе торгуемых валют признак того, что центральные банки уже не могут контролировать валютные потоки. Более того, спе­кулянты на этих рынках могут вызвать сброс валюты данной страны, если они чувствуют, что теку­щая экономическая политика, скорее всего, приведёт к высокой инфляции или высоким процентным ставкам (обзор аргументов и фактов по поводу данного утверждения см.: [McNamara 1998]). Мировые кредитные рынки также ограничивают возможности фискальной политики, устанавливая высокую стоимость кредита. В совокупности мировые финансовые рынки побуждают государства избирать де­нежную и фискальную политики, которые способствуют низкой инфляции, замедляют экономический рост и сдерживают дефицитное расходование [Frieden 1991].

Считается, что рост мировой экономики и её зависимость от информационных технологий имеют не­сколько негативных последствий для развитых стран. Во-первых, деиндустриализация (то есть избав­ление от производства путём закрытия заводов) означает, что исчезают высокооплачиваемые рабочие места для синих воротничков [Bluestone, Harrison 1982]. Поскольку эти работники обладают неболь­шим количеством навыков, которые можно использовать где-либо ещё, они с трудом могут найти себе новую работу. Растущее число безработной неквалифицированной рабочей силы снижает уровень зар­платы за низкоквалифицированный труд. Во-вторых, новые рабочие места, создаваемые глобальной экономикой в развитых обществах, предназначены для людей с высокой квалификацией, для тех, кого Роберт Райх назвал работниками знаний [Reich 1991]. Таким работникам платят больше, потому что у них есть идеи и навыки, благодаря которым возможна экономическая интеграция. Раз их произво­дительность высока, то возрастает и их зарплата. Эти две силы, взятые вместе, приводят к противоре­чивым результатам. Отдача от человеческого капитала возрастает для тех, кто и так находится наверху квалификационной пирамиды, а для тех, кто находится внизу, она уменьшается. Это усиливает соци­альное неравенство по доходам и зарплатам.

Такие последствия для стратификации негативно сказываются на положении государств [Cable 1995; Sassen 1996; Strange 1996]. Спрос на государственные услуги увеличивается вследствие увольнений и сокращения зарплат для людей из низкодоходных семей. Государства пытаются заботиться об этих ра­ботниках, проводя политику бюджетной экспансии. Но, к сожалению, поступая так, они сталкиваются с целым рядом проблем. Если государство поднимает налоги для корпораций, оно только подталкивает предприятия уйти в офшоры [Garrett 1995; Strange 1996]. Это усиливает воздействие глобализации на деиндустриализацию, отпугивая капитал. Государства должны быть осторожными, наращивая боль­шой бюджетный дефицит, потому что мировые валютные рынки могут снизить курс их национальной валюты. Это увеличит издержки финансирования дефицита с помощью мировых кредитных рынков, которые выставят более высокие процентные ставки. А высокие процентные ставки вызовут замедле­ние экономической активности.

Таким образом, государства попадают в своего рода ловушку и оказываются неспособными реагиро­вать на негативные следствия глобализации. Эффективные государства могут проводить лишь такую экономическую политику, которая содействует снижению инфляции и тарифных барьеров, урезая про­граммы защиты работников и их семей в надежде привлечь иностранные инвестиции для стимулиро­вания экономического роста. Государство способно лишь на один позитивный шаг — инвестировать в образование.

Нил Флигстин, «Архитектура рынков: экономическая социология капиталистических обществ XXI века»

(Опубликовано в журнале «Экономическая социология», т.14, №13, 2013 г.)

Российско-американские отношения: есть ли пределы ухудшения?

Нынешнее состояние российско-американских отношений не внушает оптимизма. Конечно, Обама хотел бы договориться с Путиным о дальнейшем сокращении стратегических наступательных вооружений. Однако шансов на успех здесь в ближайшее время практически нет.

Дальнейшее сокращение числа термоядерных боеголовок и их носителей вообще вряд ли возможно.

Во-первых, потому, что такое сокращение российского ракетно-ядерного потенциала может угрожать уже балансу стратегических вооружений России и Китая, поскольку последний никаких ограничений в области стратегических вооружений до сих пор на себя не принимал. Да и США не приходится сбрасывать потенциальную китайскую угрозу со счетов.

Во-вторых, Россия увязывает дальнейшее сокращение стратегических вооружений с достижением соглашения с США по поводу создания глобальной системы ПРО. А в этой сфере между сторонами пока что сохраняются непреодолимые противоречия.

Другая проблема, которая могла бы быть обсуждена на российско-американском саммите, если бы он не был отменен, – это проблема ядерной программы Ирана. Как раз в последнее время появились мнения некоторых экспертов о том, что атомной бомбой Иран будет обладать уже в 2014 году. Вашингтон был бы заинтересован в том, чтобы Москва согласилась на ужесточение санкций против Ирана, полностью прекратила бы поставки Тегерану вооружений, а также, в случае реальной угрозы успешного завершения иранской ядерной программы, согласилась бы на проведение ограниченной военной операции против Ирана и иранских ядерных объектов Соединенными Штатами, Израилем или международной коалицией.

Однако российское руководство не давало никаких сигналов, что оно готово пойти навстречу американским требованиям в иранском вопросе.

Проблема Афганистана в российско-американских отношениях уже сейчас не играет сколько-нибудь существенной роли, а в недалеком будущем, после вывода из Афганистана войск НАТО, может вообще сойти на нет, и эта тема уже не может служить основанием для улучшения отношений между Россией и США.

Важным, безусловно, остается сирийский вопрос. Однако здесь позиции сторон полярно противоположны. Никаких признаков сближения в данном вопросе нет, равно как нет признаков того, в ближайшее время может состояться новая международная конференция в Женеве по сирийскому урегулированию, идею которой выдвинули Россия и США. Можно предположить, что Америка в ближайшее время начнет поставки вооружений сирийской оппозиции (если уже не поставляет их в настоящее время), а Россия продолжит поставки вооружений правительству президента Асада. Контуры какого-либо компромисса в сирийском вопросе совершенно не просматриваются.

Таким образом, в сфере международной политики в настоящее время нет таких проблем, которые могли бы быть решены благодаря реальному взаимодействию России и США, поскольку позиции двух государств оказываются действительно слишком далеки друг от друга.

Российско-американские отношения: есть ли пределы ухудшения

Надвигающийся конец света

Можно предположить, что раз мы подсчитываем статистические данные, то можем доказать абсолютно всё, установив корреляцию между вот этой вещью и вон той реакцией, ведь так? Существуют связи между тем, как люди покупают зубные щётки, и тем фактом, что мы находимся в рецессии – даже сегодня, как считают некоторые. Очевидно, что люди меньше ходят к зубному врачу и компенсируют это увеличением потребления товаров по уходу за зубами тогда, когда экономическая ситуация ухудшается. Есть и другой зловещий показатель, который публикуется каждый год банком Barclays из Великобритании с целью увязать высоту зданий со случаями рецессий, которые имели место в мире. Он называется Небоскрёбный индекс Barclays.

Согласно индексу строительство самых высоких в мире зданий всегда совпадало с большими спадами и рецессиями, через которые мы проходили в своей истории. Крайслер-билдинг (законченный строительством в 1930 году), Эмпайр-стейт-билдинг (1931) и Великая депрессия относятся к одному и тому же периоду времени. Строительство Бурдж-Халифа в Дубаи, ОАЭ, было начато в 2004 году и завершено в 2009-м, как раз в момент, когда по-настоящему начался мировой финансовый кризис. Возведение Башни Петронас в Индонезии пришлось прямо на Азиатский кризис.

И, возможно, это не так уж и глупо. Строительство небоскрёбов совпадает со строительными бумами, то есть с массированными инвестициями, зачастую избыточными, а это означает высокий уровень ошибок при распределении капитала. В случае, если капитал в экономике распределяется неправильно, и происходит чрезмерное расходование или кредитование, экономика в итоге компенсирует это погружением страны в дефицит, следствием чего становится спад. Так что это явно не лишено смысла.

В частности, есть две страны, которые соревнуются между собой, у кого самое высокое здание в мире и больше всего небоскрёбов. Это означает, что назревает большой приход инвестиций, или что он уже начался. Одной из этих стран является Китай, и он уже закончил половину из 124 небоскрёбов, которых намерен построить в стране. Китайцы приступили к реализации проекта массового строительства небоскрёбов два года назад и планировали строить по одному небоскрёбу каждые пять дней, чтобы справиться с растущим наплывом мигрантов из сельской местности, приезжающих в городские районы в поисках работы. Результаты исследований свидетельствуют о том, что в течение следующих двух лет Китай обзаведётся более чем 800 небоскрёбами (зданий высотой более 500 футов (150 метров; прим.)).

Строительство самого высокого здания в Китае (Шанхайской башни) было начато на заре финансового кризиса 2008 года. И только в последний вторник своё место заняла последняя балка, завершающая строительство основных конструкций здания. Это событие совпало со спадом в китайской экономике и снижением деловой активности, ощутимым в настоящий момент. Аналитики умерили свои оценки экономических перспектив страны, когда рост в Китае упал с 7,7 процентов в 1 квартале до 7,5 процентов во 2-м.

Второй страной, которая даёт старт проекту строительства суперзданий, является Индия. По имеющимся планам в ближайшие 5 лет должны увидеть свет 14 небоскрёбов. Башня Индия будет вторым по высоте зданием в мире (2356 футов (718 м; прим.)). Строительство её началось в 2010 году, но в 2011 году было прервано.

Когда в стране строят слишком много небоскрёбов, это говорит о конце возможного цикла. Страна уже была залита деньгами, в хорошие времена там должны были пастись стада тучных коров, а банки открыли шлюзы, чтобы разбрызгивать эти деньги вокруг. Но Небоскрёбный индекс Barclays говорит, что значение имеет не только количество высоких зданий и даже факт их строительства, но и высота этих зданий, которая предсказывает степень будущего экономического спада. Здания в мире никогда были более высокими, чем сегодня! Бурдж-Халифа имеет высоту 829 метров (2719 футов), Шанхайская башня – 630 м (2066 футов). Но китайцы уже приступили к строительству самого высокого здания в мире, строения Чанша, высота которого будет достигать 838 метров (2749,34 фута), превзойдя дубайский небоскрёб на 10 футов (так в тексте; прим.). Шанхайская башня стоит 2,4 миллиарда долларов и будет полностью закончена к 2014 году.

Китайский пузырь на рынке недвижимости начал сдуваться в 2011 году, когда в Китае пошли вниз цены на жильё. Средний класс был не в состоянии найти в городских районах съёмное жильё по приемлемым и допустимым ценам, и аналитики чётко указывают на это обстоятельство как одну из причин, по которым с прошлого года китайская экономика пошла на спад. С 2005 по 2009 год средние цены в жилых районах увеличились в три раза. Жилые помещения стояли пустыми в то время, как китайцы не могли заплатить арендную плату или угнаться за ценами, так как их заработки росли не так быстро. Притом, что в 2011 году в Китае было 64 миллиона объектов жилого фонда, страна продолжала строить и строить, невзирая ни на что. В одном только Шанхае цены на недвижимость за 7-летний период с 2003 по 2010 год взлетели на 150 процентов.

Если вам всё ещё нужны новые доказательства, британцы построили у Лондонского моста «Осколок»; начали в 2009-м и закончили в 2012-м (открытие 5 июля). Его высота составляет 1020 футов (310 м; прим.), и на сегодняшний день это самое высокое здание в ЕС. Не дай бог, если когда-нибудь в один прекрасный момент Небоскрёбный индекс Barclays покажет, что у истоков падения еврозоны и рецессии стоят именно британцы.

Надвигающийся конец света

О рисковой грамотности

Грамотность в смысле умения читать и писать — непременное условие информированной вовлеченности в демократию прямого участия. Но в наше время просто уметь читать и писать недостаточно. Головокружительное развитие технологий привело к тому, что в XXI веке владеть рисковой грамотностью необходимо в той же мере, в какой в XX веке было необходимо владеть навыками чтения и письма. Рисковая грамотность — это умение осмысленно оценивать вероятности.

Не владея ею, люди подвергают опасности свое здоровье и свои деньги, позволяют внушать себе необоснованные, часто вредные надежды и страхи. Но при этом, когда руководители государств обсуждают способы противостоять современным угрозам, к понятию рисковой грамотности они вслух апеллируют очень редко. Среди мер, призванных снизить вероятность следующего финансового кризиса, назывались ужесточение законодательства, разукрупнение банков, снижение бонусов топ-менеджерам, сокращение коэффициента финансовой зависимости, и так далее.

Но одна важнейшая мысль так и не прозвучала: надо помочь людям научиться правильно оценивать собственные финансовые риски. Например, многие заемщики из категории «ниндзя» (NINJA — No Income, No Job, No Assets — «без дохода, без работы, без активов»), которых кризис субстандартного кредитования чуть не оставил без последней рубахи, не знали, что их закладные — с «плавающей» процентной ставкой, а не с фиксированной.

Еще одна проблема, которую поможет решить рисковая грамотность — это резкое повышение цен в здравоохранении. С ним обычно предлагают бороться с помощью повышения налогов и ограничением объема медицинских услуг. Тем временем, благодаря распространению среди пациентов медицинской грамотности можно за меньшие, чем сейчас, деньги получить качественно лучшую медицину. К примеру, мало кому из американских родителей известно, что в стране каждый год миллиону детей назначаются ненужные исследования методом компьютерной томографии и что при КТ-исследованиивсего организма человек получает дозу радиации, в тысячу раз большую, чем при маммографии, — это дает приблизительно 29 000 дополнительных случаев рака ежегодно.

Я уверен, что современным кризисам надо противопоставить не новые законы, не укрепление бюрократии и не денежные вливания, а в первую очередь, распространение среди граждан рисковой грамотности. Для этого им надо прививать навыки статистического мышления.

Говоря упрощенно, статистическое мышление — это то, что позволяет человеку осознавать и просчитывать вероятности и риски. Тем временем 76% взрослых американцев и 54% немцев не знают, как выразить процентах вероятность 1:1000 (это будет 0,1%). В школах детей учат математике определенности: геометрии и тригонометрии, практически или вовсе не уделяя времени математике неопределенности. Если до нее все же дело доходит, то она сводится к унылым с точки зрения учащихся задачкам с монетками и игральными костями. Но статистическое мышление можно подавать и как средство решения реальных задач, вроде расчетов рисков, связанных с употреблением алкоголя или верховой ездой, оценки вероятности заболеть СПИДом или забеременеть. Из всей математики статистическое мышление имеет самое непосредственное отношение к жизни подростков.

Статистическому мышлению не обучают даже студентов юридических и медицинских факультетов, хотя их будущие профессии по природе своей неразрывно связаны с просчетом вероятностей. Американские судьи и адвокаты, не разобравшись со статистической стороной генетической дактилоскопии, легко попадаются на уловки обвинителей; их британские коллеги делают некорректные выводы о вероятности наступления внезапной младенческой смерти. Многие врачи по всему миру ошибочно оценивают вероятность того, что пациент с положительными результатами скринингового теста действительно болен раком, и не способны делать правильные выводы из данных исследований, которые публикуются в медицинских журналах. Рисково неграмотные специалисты не решают проблемы, а напротив, их создают.

О рисковой грамотности

В 2016-м президентом США станет Хиллари Клинтон

Американский профессор Лихтман и его советский напарник, геофизик Кейлис-Борок ещё в 1980 году вывели универсальную формулу, позволяющую почти со 100-процентной точностью прогнозировать итог выборов президента США. За 32 года она не давала сбоя. Прогноз этой машины: в 2016-м президентом США станет Хиллари Клинтон.

В начале 1980-х годов американский историк профессор Алан Лихтман и российский геофизик Владимир Кейлис-Борок разработали прогностическую технологию, получившую название «13 ключей к Белому дому». Речь идёт о построении набора 13 дихотомических шкал, предназначенных для прогнозирования результатов общенационального голосования, в ходе которого выбирается президент США. Начиная с 1984 года в восьми президентских избирательных кампаниях все прогнозы, выполненные по этой процедуре, оказались правильными и достаточно точными.

О «13 ключах…» знают в основном специалисты, исследователи президентских избирательных кампаний, политические историки. Этот метод остаётся элементом академической науки.  Конечно, прогнозы Лихтмана размещаются в интернете, но они не стали предметом широкого обсуждения.

Принципиально иначе происходит освещение в прессе результатов опросов, проводимых ведущими полстерами, и электоральных прогнозов, делаемых на этой основе представителями разных групп специалистов. Практика публикации данных опросов избирателей в США начала складываться в первой половине XIX века, и сегодня в стране сложилась мощнейшая информационная индустрия, подробнейшим образом освещающая все аспекты избирательных кампаний разных уровней, и в первую очередь – президентских.

Возражая Сильверу (автору ещё одной прогностической схемы), Лихтман отметил, теоретической основой метода является допущение, согласно которому президентские выборы в основном определяются качеством деятельности партии власти. Это главный и первый сигнал в методологии прогнозирования. Предполагается, что американский электорат именно на этой основе выносит мотивированные, прагматичные электоральные решения, а не в результате манипулирования мнениями избирателей со стороны полстеров, журналистов и аналитиков. По мнению Лихтмана, исход президентских выборов определяет политика Белого дома, а не избирательная кампания.

Одним из главных героев избирательной кампании 2012 года стал молодой, но уже несколько лет называемый «гуру» аналитик и прогнозист электоральной динамики Нэйт Сильвер. Однако сейчас некоторые журналисты высказывают мнение, что Сильвер своими прогнозами во многом повлиял на ход выборов и определил победу Обамы. В феврале текущего года он заявил, что прекратит свою практику прогнозирования и не будет анализировать президентскую избирательную кампанию 2016 года, если поймет, что его прогнозы влияют на решение избирателей. Он не хотел бы воздействовать на течение процесса демократических выборов.

Но тут мы сталкиваемся со старой, насчитывающей много десятилетий проблемой, которая касается меры воздействия на общественное мнение результатов опросов, так называемого эффекта «бэнд вагон» («the bandwagon effect»). Речь идёт об особенностях массового сознания и массового поведения: люди с определённой вероятностью поступают так, как действует (стремится действовать) их референтная группа, часто – большинство. Некоторые журналисты полагают, что избиратели в последний момент присоединяются к лидирующему кандидату или к лидирующей партии.

Несмотря на то, что до очередных президентских выборов в США ещё больше трёх лет, прогнозисты уже строят их схемы.

Согласно серии недавних опросов полстерской компании Public Policy Polling, 59% потенциального демократического электората США готово в 2016 году отдать свои голоса Хиллари Клинтон, 26% – Джо Байдену. Есть и другие возможные кандидаты на пост президента от Демократической партии, но они пока не очень известны и популярны.

Среди республиканцев нет столь яркой и «раскрученной» политической фигуры, как Хиллари Клинтон. Пока списки основных обсуждаемых республиканских кандидатов возглавляют Марко Рубио (24%), Крис Кристи и Пол Райан (по 14-15%)

Возможно, что кандидатом на пост президента от Демократической партии станет именно Хиллари Клинтон. Учитывая то обстоятельство, что она 17 раз признавалась американцами самой влиятельной женщиной в мире (статистика ведётся с 1948 года; второе и третье места занимают Элеонора Рузвельт и Маргарет Тэтчер – 13 и 6 раз соответственно), возможно, Клинтон будет признана высокохаризматичным лидером.

Числовая машина»: исход выборов в США можно просчитать на 97,9%

Латинская Америка: кризис двух моделей

Для тех, кто любит Латинскую Америку и ценит латиноамериканских левых, происходящее в Западном полушарии не может оставаться без внимания. Тем более потому, что угроза провала левых экспериментов в Венесуэле и Бразилии непременно привела бы к катастрофическим последствиям для всего левого движения на континенте.

Что касается Венесуэлы, то первые месяцы президентства Н. Мадуро показывают, что сформировавшаяся за годы Боливарианской революции система экономических отношений начала давать серьёзные сбои. Безусловно, проблемы были и ранее, но именно сейчас они приобретают всё более острый характер. Центральная власть признала недавно, что дефицит товаров потребления в Венесуэле достиг для потребителей более 20%; и это самый высокий показатель за последние годы. В разряде дефицитных продуктов в магазинах оказались сахар, мука, масло, говядина и свинина. Почти полностью с прилавков исчезли туалетная бумага и салфетки, проблемой стало купить мыло и стиральный порошок. Да, большую часть продуктов питания в стране производит частный сектор, но ведь за вопрос распределения отвечает государство, и ответственность левых, таким образом, не может подвергаться сомнению. Тем более, что принадлежащие государству мукомольные предприятия работают лишь на 40-45% своей мощности. Значительная часть товаров первой необходимости в страну импортируется. Несмотря на большие доходы от нефти, постоянно возникают перебои с поставками из-за несвоевременного выделения валюты компаниям-импортерам.

Преобразования чавистов в аграрной сфере носили радикальный и системный характер. Но изъятие площадей у крупных землевладельцев, как видим на практике, не является гарантией насыщения внутреннего рынка продуктами первой необходимости.

В глазах венесуэльских обывателей революционный лагерь несёт ответственность из спорную финансовую политику, проявляющуюся, прежде всего, в последовательной девальвации национальной валюты, боливара. За первые четыре месяца 2013 г. девальвация курса боливара привела к росту цен на продовольственные товары на 16-20%. При этом, по официальному курсу в городах Венесуэлы поменять боливары на доллары можно не всегда и не везде, а разница курса в официальных обменных пунктах и у частников весьма серьёзная. Некоторые экономисты считают, что к середине 2013 г. уровень реальной инфляции в Венесуэле (в годовом исчислении) превысил отметку в 30%.

Уго Чавес оставил своим преемникам многовекторную и активную дипломатию, благодаря которой у Каракаса появилось немало искренних и верных союзников, готовых помочь в минуту испытаний. Не только богатые продовольствием соседи Венесуэлы по Южной Америке Бразилия, Аргентина и Уругвай откликнулись на призыв Н. Мадуро о дополнительных продовольственных поставках; на помощь братской Венесуэле пришла даже Никарагуа, чем Президент Даниэль Ортега распорядился поставить Боливарианской Республике дополнительно 45 тысяч тонн сахара. Но всё-таки уже сам факт такой вот «гуманитарной помощи» показывает, в сколь непростом и кризисном состоянии пребывает венесуэльская модель сегодня.

Говоря о сложном экономическом положении страны-лидера направления «социализма XXI века», добавим к вышесказанному и снижение эффективности работы находящейся в государственном управлении компании PDVSA. Венесуэла, как известно, располагает самыми крупными разведанными запасами «чёрного золота», благодаря чему при У. Чавесе Каракас проводил активную левую внешнюю политику на самых разных направлениях. Но статистические данные свидетельствуют, что в первом квартале текущего года поставки нефти в Соединённые Штаты, например, снизились на 13%, а экспорт нефти в целом сократился почти на 25%. Кроме того, PDVSA имеет грандиозный долг перед Центральным банком республики, размер долга превышает 25 млрд американских долларов.

Латинская Америка: кризис двух моделей

Помогая Африке, Китай создает зону влияния

Китай и Африка – торговые отношения

Характерная особенность присутствия Китая в Африке – его коммерческая активность и торговля с регионом растут быстрее объемов помощи, направляемых на развитие. Так, если в 1990—1992 гг. официальная помощь составляла 20-21% от торговли между Африкой и Китаем, то в 2004—2005 гг. она составляла только 3-4 %.

Торговля – одно их важнейших направлений коммерческой деятельности. Ее объем начал расти с начала 21 века. В 2001—2006 гг. африканский экспорт в Китай рос ежегодно на 40% и с 4,8 млрд долл. достиг 28,8 млрд долл. В этот же период африканский импорт из Китая увеличился в 4 раза до 26,7 млрд долл. С 2009 г. товарооборот характеризуется отрицательным торговым балансом африканско-китайской торговли – Африка импортирует на 20,1 млрд долл. больше, чем поставляет в Китай.  Основная часть поставок из Африки в Китай приходится на страны к югу от Сахары. 62% экспорта в 2006 г. составили нефть и газ, на минеральные продукты и металлы пришлось 13%. В 2011 г. Китай стал крупнейшим торговым партнером Африки с оборотом 166,3 млрд долл.

Взамен страны Африки покупают китайские промышленные товары (45% импорта) и транспортное оборудование (31%). Рост экспорта товаров из Африки стимулировался торговой политикой Китая. Так, в 2005—2006 гг. китайское правительство приняло специальное соглашение по снятию тарифных ограничений для 440 видов товаров из Африки. Данная мера стимулировала рост экспорта товаров из Африки в Китай на 88% за год.

В 1970—1980-х гг. Китай реализовывал инфраструктурные проекты в регионе, проекты здравоохранения, оказывал техническую помощь, предоставлял стипендии на обучение в КНР. Во многом эта деятельность имела политические цели – не допустить признания независимости Тайваня странами данного региона. Теперь же одно из главных преимуществ китайской помощи – она подчеркнуто не обставляется никакими политическими условиями. Это в глазах африканских режимов делает ее особенно привлекательной по сравнению с помощью от стран ОЭСР. С их стороны помощь может обставляться требованиячми по соблюдению прав человека, экологическими требованиями и т.п. 

Китай и ОЭСР

Потоки официального финансирования развития развивающихся стран (ОФР, Оfficial development finance – ODF) делятся на:

  1. Официальная помощь развития (Official development assistance – ODA). Она включает официальные потоки на концессионных условиях с содержанием грант-элемента в размере не менее 25%.
  2. Другие официальные потоки в целях развития (оther Оfficial development finance – other ODF). В данных средствах преобладает рефинансирование займов и капитализация процентов по соглашениям со странами членами Парижского клуба о реструктуризации долгов стран-заемщиков.

В отличие от стран-членов ОЭСР, чьи потоки ODA в Африку гораздо выше ODF, Китай осуществляет финансирование региона преимущественно через второй инструмент. Часть потоков попадает под определение ODA, но с другой стороны содержит ряд характеристик прямых иностранных инвестиций (Табл. 1). Данные потоки включают кредиты с нулевой ставкой и концессионные кредиты с фиксированной или низкой ставкой процента. В 2008 г. Китаем в качестве ODA в Африку было направлено 1,2 млрд долл. Для сравнения – Мировой Банк на­правил 4,1 млрд, США – 7,2 млрд, Франция – 3,4 млрд.

Другие официальные потоки в целях развития состоят из преференциальных экспортных кредитов и коммерческих кредитов китайских банков. С их помощью финансируются стипендии китайского правительства африканским студентам (5500 студентов в год), китайские врачи и медицинский персонал, строительство стадионов, правительственных зданий, телекоммуникационных сетей и других объектов инфраструктуры, техническая помощь в секторах сельского хозяйства и др. Фокус финансовой помощи из Китая на общественно значимых объектах отличает ее от направления потоков из стран ОЭСР. Китайская помощь часто имеет бόльшую ценность для стран-реципиентов по сравнению с ее денежным размером. Во-первых, помощь предоставляется относительно быстро и просто, без экономических, социальных и природоохранных условий и мер и бюрократических процедур, характерных для помощи стран-доноров ОЭСР. Во-вторых, Китай часто претворяет в жизнь проекты в тех странах, областях и секторах, которые развитые страны стараются избегать в силу различных, чаще политических, причин.

Помогая Африке, Китай создает зону влияния

Распад Земли на «миры-экономики» и унылая годовщина России в ВТО

Унылая годовщина

Совсем скоро исполнится ровно год с того момента, как наша страна стала членом Всемирной торговой организации. Много это или мало? Посмотрим на некоторые показатели для аналогичного периода всё того же Китая. Итак, Поднебесная присоединилась к ВТО в конце 2001 года, а уже в 2002-м Китай впервые стал крупнейшим мировым получателем прямых инвестиций. В том же году легальный чистый вывоз капитала из КНР уменьшился по сравнению с предыдущим годом с 9,7 до 2,5 млрд долларов.

Открыв двери мировым ТНК, Китай сохранил подход, гласящий: «Государство управляет рынком, рынок управляет предприятиями». Предоставляя зарубежным внешнеторговым и промышленным агентам свой внутренний рынок и дешёвую рабочую силу, КНР активно заимствовала технологии и разными способами заставляла иностранцев участвовать в собственной индустриализации. Со временем поток китайского экспорта, двери для которого открыла ВТО, нарастал. Велик он и сегодня.

А какие выгоды из вступления в мировой торговый союз извлекли мы? На эту тему сегодня высказываются многие. Вот лишь несколько оценок. «Вступление в ВТО пока принесло мало позитивных результатов, — констатируют аналитики инвестиционного банка «Уралсиб». — Вместе с тем Россия вынуждена расходовать больше средств на защиту неконкурентоспособных секторов своей экономики, и эти затраты превышают выгоду экспортёров, получивших доступ на международный рынок».

Лидер «Партии дела», президент Ассоциации «Росагромаш» Константин Бабкин отмечает: «На 30% упало производство молока, потому что возрос импорт пальмового масла. То есть мы покупаем в пакетах не молоко, а выжимку из древесины пальмы. И так по всем отраслям: свиноводство, текстильная промышленность, кожевенно-обувная, химическая отрасли и так далее. Везде наблюдается падение объёмов производства. Даже банкирам стало не так весело после вступления в ВТО, потому что начался невозврат кредитов, особенно в сельском хозяйстве; кроме того, стало меньше кредитоспособных заёмщиков».

Генеральный директор Национального союза свиноводов Юрий Ковалёв свидетельствует: «Если оценить цифры непосредственно после присоединения к ВТО, то импорт вырос на треть, а сверхквотный — тот, который ввозится без ограничения объёмов, — вырос практически в два раза. Произошло очень резкое драматичное движение цен на основную продукцию свиноводства — живых товарных свиней. Падение составило порядка 25–30%».

Согласно данным участников партийного проекта «Единой России» «Народный контроль», обходивших супермаркеты с целью мониторинга стоимости продуктов питания, входящих в продовольственную корзину, цены на них не выросли, но изменилось соотношение товаров отечественных и иностранных производителей. В тех регионах, где преобладают федеральные торговые сети, доля российской продукции сократилась на 20%. Качество импортных продуктов при этом невысоко.

По поводу ценового дисбаланса в апреле нынешнего года достаточно резко высказался и премьер-министр России Дмитрий Медведев. «Это, конечно, полное безобразие, антиэкономическое, потому что цены (закупочные) на продукцию животноводства из-за этих факторов снизились практически на треть, а в магазинах практически не изменились. Это значит, что экономические регуляторы не работают», — заявил глава правительства. Замруководителя ФАС Андрей Цыганов в свою очередь считает, что без дальнейшего изменения законодательства на эту ситуацию повлиять невозможно.

Законодательство, кстати сказать, это вообще отдельный вопрос. Согласно докладу Счётной палаты, обнародованному в апреле, целые пласты нормативно-правовых документов различного характера в части, касающейся ВТО, либо вообще отсутствуют, либо не подготовлены и не приведены в соответствующий вид.

Так, например, несмотря на восемнадцатилетние усилия по вступлению в ВТО и почти год пребывания в организации, до сих пор не приняты нормативно-правовые акты, регламентирующие наше членство в этой организации. В частности, неготовыми оказались документы по учреждению постоянного представительства РФ при ВТО. Не решён вопрос о финансировании юридического сопровождения участия России в работе органа по разрешению торговых споров ВТО. В большинстве регионов отсутствуют нормативно-правовые акты и методические рекомендации по вопросам адаптации их экономик к функционированию в условиях ВТО.

Распад Земли на «миры-экономики» и унылая годовщина России в ВТО

«Черный ящик» под названием Катар

Маленький эмират с Ближнего Востока ворочает миллиардами более чем экзотического происхождения. Например, деньгами покойного Каддафи.

В эти мрачные времена, когда будущее не обещает ничего, кроме финансового кризиса, жесткой экономии и роста безработицы, «черным ящикам» международных финансов, которые чувствуют себя прекрасно, приходится страдать от плохой рекламы.

Сначала был скандал с Каюзаком, который продемонстрировал отклонение с правильного пути министра, отвечавшего за борьбу с уклонением от уплаты налогов. Затем было расследование плохой деятельности банка USB France, которое внезапно ускорилось: французский филиал этого крупного швейцарского банка подозревается в том, что он незаконно помогал богатым французским клиентам уклоняться от уплаты налогов. Сага с OffshoreLeaks приподняла завесу над экзотическими приключениями казначея предвыборной кампании Франсуа Олланда в краях налогового очарования. И книга журналиста газеты «La Croix» Антуана Пейона – «Эти 600 миллиардов, которых не хватает Франции» — пользовалась заслуженным успехом в связи с его расследованием уклонения от налогов.

Но игра в прятки с наличностью между мошенниками и сторожами не происходит на равных. С тех пор, как такие исторические регионы как Швейцария подверглись наказанию, возникли новые серые налоговые зоны. Как это описал для «Bakchich» один швейцарский банкир, теперь налоговые секреты лучше защищены на востоке; в частности, на песчаном Ближнем Востоке, где Катар хотел бы играть роль посредника.

«У англосаксов есть налоговые убежища в Гонконге и Сингапуре, а у французов теперь есть Катар»

«Хотя им не удается это доказать, некоторые функционеры международных институтов подозревают эмират в том, что он является огромной прачечной для грязных денег», — рассказывают Николя Бо и Жак Мари-Бурже в своей книге «Маленький гадкий Катар».

И поясняют: «У англо-саксов есть налоговые убежища в Гонконге и Сингапуре, а у французов теперь есть Катар», — говорит Абдеррахман Хадж Насер, бывший глава центрального банка Алжира. Один крупный финансист в Дубае объясняет, как «во время арабской весны» «самолеты 727 и А320, нагруженные чемоданами с банкнотами, тихо приземлялись в Дубае. Эти средства затем размещались в регионе, без особого контроля со стороны местных властей, в крупных банковских учреждениях, у которых имеются собственные филиалы». В передаче на канале France 3, посвященной вопросу нечестно добытого имущества, 16 января 2013 г. адвокат Уильям Бурдон, который начал судебный процесс против президента Конго Сассу, президента Габона Бонго и президента Экваториальной Гвинеи Обианга, заявил, что он совершенно убежден в нечистой роли, которую играет эмират. «Новые лаборатории грязных денег появились в Гонконге, Сингапуре и в Катаре», — пояснил он.

«Черный ящик» под названием Катар

Стратегия долгового кризиса еврозоны близка к коллапсу

Стратегия долгового кризиса еврозоны близка к коллапсу. Так долго ожидаемое восстановление не смогло набрать разгон. Коэффициенты задолженности по всей южной Европе растут более быстрыми темпами. Политическое согласие относительно крайнего денежно-кредитного ужесточения рушится почти в каждой кризисной стране Единого валютного союза (ЕВС).

Ни один из ключевых участников еврозоны, похоже, не готов признать, что нынешняя стратегия несостоятельна. Они надеются заштукатурить намечающиеся трещины до сентябрьских выборов в Германии, как будто те смогут что-то изменить.

Ставший достоянием общественности доклад Еврокомиссии подтверждает, что Греция очень существенно не дотягивает до поставленных в рамках экономического ужесточения задач. В нём утверждается, что у Греции «отсутствует желание и возможности» собирать налоги. На самом же деле, Афины не могут соответствовать поставленным задачам из-за того, что экономика до сих пор находится в свободном падении, и всё из-за перегибов экономических ужесточений. Стабилизация Греции оказалась миражом.

Заново разгорелся медленный кризис Италии. Долговая траектория страны за последние пару лет пробила опасные границы. Долг страны в €2,1 триллиона (129 процентов ВВП) может быть уже за точкой невозврата для страны без собственной валюты.

Standard & Poor’s не сказал этого, когда во вторник понизил рейтинг страны до почти бросового BBB уровня. Однако всем, кто умеет читать между строк ясно, что в S&P близки к тому, чтобы объявить, что для Италии игра окончена.

Международный валютный фонд только что сократил свой прогноз роста по Италии до -1.8pc. Общее падение промпроизводства Италии с 2007 года достигло 10 процентов. Это депрессия. Тем не менее, как страна собирается выбираться из этой ловушки, когда её валюта в рамках ЕВС переоценена на 20-30 процентов?

Испанский кризис демонстрирует новый виток. Правящая партия Partido Popular оказалась пойманной в ловушку «предназначенных для взяток фондов» столь вопиющую, что испанская El Mundo говорит о «предреволюционных» настроениях, охватывающих народ.

Португалия продолжает соскальзывать. Книга профессора Жоао Феррейра «Почему мы должны выйти из евро» месяцами продолжает оставаться бестселлером.

Как и Греция, до неё, Португалия гонится за своим хвостом по нисходящей спирали. Экономический спад в 3 процента в год размывает налоговую базу, что приводит к тому, что Лиссабон не дотягивает до поставленных в рамках дефицита бюджета целевых цифр.

Все это происходит на фоне разговоров Федрезерва о выходе из политики финансового стимулирования, что отозвалось ударной волной по всем кредитным рынкам, приведя по всей Европе к росту стоимости кредитования на 70 базисных пунктов.

Не делая ничего для компенсирования этого ЕЦБ позволяет «пассивное ужесточение». ЕЦБ нужно открыть монетарные краны на всю катушку (как в случае с Банком Японии), чтобы предотвратить скатывание в дефляционную ловушку и отвратить катастрофу в следующем году. Но этого не произойдёт.

Der Spiegel сообщает, что возглавляемый Германией блок на последнем заседании ЕЦБ яростно сражается против снижения ставок, при том, что сама Германия замедлилась до скорости улитки, в то время как Китай и страны БРИКС сошли с рельсов.

Рынки пока что беззаботно реагировали на все эти кризисы. Они остаются в восторге от «пути Драги» — обещания «посодействовать» итальянскому и испанскому долгам, забывая, что ЕЦБ может действовать лишь в рамках жёстких условий, для начала действия которых необходимо голосование в Бундестаге.

Эти условия больше не могут выполняться. Политические меры повсюду прокисают.

Рано или поздно за этот блеф неминуемо придётся ответить.

Источник 

перевод для MixedNews - 

1 2 3 4 5 6 40