БУРТЫ БЕЛОРУССКОЙ ПОЛИТИКИ

Бурты – это такие длинные кучи корнеплодов и корнеклубней. Они укрыты соломой вперемешку с землёй. Со стороны они выглядят как остатки оборонительных валов времён битвы под Ворсклой. Бурты широко применяются в Беларуси для хранения овощей, бураков и картофеля.

Бурт – хороший образ и для белорусской политики. Валят всех белорусских политических, я извиняюсь, акторов и экспертов, в кучу. Укрывают использованной писчей бумагой и спижжеными на презентациях целлофановыми пакетиками. Ну, и разлагаются они там потиху. Пока не придёт время всё это гнильё скормить скоту.

Такая ситуация – следствие пренебрежения календарём. А ведь календарь – основной инструмент крестьянина, после мотыги и сохи. Поэтому в Беларуси так популярны всевозможные календари садовода и огородника, метеопрогнозы, заметки фенолога и Дмитрий Рябов.

Но вот актуальный политический календарь напрочь в Беларуси отсутствует. Между тем для его составления не надо быть ни последователем Криве Кривейто, ни священным крокодилом при пирамиде Хуфу.

Смотрите, как всё просто.

В 2019 году в Беларуси состоятся президентские выборы. Причин несколько, вот три основные:

— Европейские игры;

— детское Евровидение;

— запуск Островецкой АЭС.

Эти события 2019 года станут паровозами информационной и политической agend’ы в Беларуси в ходе президентской избирательной кампании. С Евроиграми всё ясно, они уже забиты в календарь. Однако по второй и третьей теме есть вопросы.

Детское Евровидение вероятно как в 2018, так и в 2019 году. Для его повторного проведения в Минске не надо особых усилий. Я сам это делал на раз.

EBU/EUR и так не знает, кому детский конкурс впихнуть. Члены организации, кто поумнее и поприжимистее, тратиться на этот проект категорически не хотят. Остаётся впарить конкурс песни детишек любой стране, желающей почесать своё ЧСВ. Разумеется, Беларусь в первых рядах претендентов, вместе с 2-3 другими соискателями с задворок Европы. То есть на такие шансы ловить можно.

Запуск Островецкой АЭС в 2019 году – это вопрос гадательный. Мне уже случалось выигрывать пари, что эта станция не будет сдана в запланированный срок (2017 год). С высокой долей вероятности не будет она сдана и в 2019 году. Единственный выход – тестовый запуск реактора с загрузкой имитаторов ядерного топлива (тепловыделяющих сборок), типа, как делали в Бушере (Иран).

Под это дело можно будет перерезать ленточку, дернуть за верёвочку или нажать кнопочку. В зависимости от режиссёрского замысла.

Электоральный эффект из этих событий можно выжать только в 2019 году, ни раньше, ни позже. Сиюминутный они дают электоральный эффект. А долгосрочный экономический эффект от запуска АЭС может оказаться вовсе не такой, какой обещан избирателю. Например, подорожание электроэнергии и всего, что на неё завязано – большой сюрприз, который ждёт белорусов в ходе нуклеаризации политического процесса.

Кстати, о морковках (морковку тоже хранят в буртах) для белорусских избирателей. При существующей сегодня в Беларуси медианной зарплате в $250  [1]на фоне продолжающейся экономической депрессии, проще и логичней устанавливать повышающие маркеры по зарплате на 2019 год.

Почему на девятнадцатый? Потому что инфляционная предвыборная накачка зарплаты в 2017—2018 гг. создаст риск нового инфляционного навеса. И очередного краха белорубля уже в 2019 г. А вот если этот крах случится после выборов, всем бенефициарам гонки будет уже похуй.

Ну, и last but not least. В будущем году, под российские выборы, у Беларуси есть надежда снова что-нибудь выклянчить у Путина. И эти, гипотетические пока, ресурсы, тоже можно будет канализировать для смазки избирательной машины. Да и электорату обломится маленько. Вот эти резоны в совокупности своей и оказывают доминирующее влияние на календарь белорусских президентских выборов.

Звёзды указывают на 2019 год, сказал бы придворный астролог. В Беларуси, вслед за верховным гадателем погоды уже наверняка должен появиться придворный астролог, без этого никак.

Следовательно, процесс выборов будет форсированным. А фактор включённого форсажа требует от Лукашенки публичных гарантий, что никакого пересмотра status quo не ожидается. То есть все теоретические построения о «преемнике», реформах, блаблабла — фейк, газовый свет. «Келтн зайнен шойн фибер, йонтев из ба ундз дерибер», –  как пела колыбельную бабушка Джареда нашего Кушнера.

Остаётся открытым вопрос: что за идея станет доминировать в белорусском обществе в электоральный период, который я определяю 2019 годом? Вопрос не праздный, потому что именно сиюминутная идея всегда определяет логику действий Лукашенки в избирательных кампаниях. Озарение, если угодно.

В технологическом смысле это вопрос о том, кто будет коммуницировать с будущим политическим штабом и контролировать Лукашенку на имитационном и публичном этапах предвыборной гонки. Кто будет сидеть на облучке тележки, везущей Лукашенко во Дворец Независимости?

Сам-то я полагаю, что эти вожжи возьмёт в руки кто-то из домашних. Но увлекательное занятие угадывания имён и фамилий отдаю на откуп читателям. Расширяю, так сказать, их границы ответственности.

Ну, вот так как-то, девушки.

[1]Очень интересное явление: в Беларуси медианная зарплата ($250 в месяц) сравнялась с реальной зарплатой ($250-270 в месяц). Это вам пусть экономисты объясняют, как так вышло.