Новая «холодная война»? (продолжение)

Природа международного порядка

Под «международным порядком» имеется в виду «совокупность правил, норм и институтов, которые регулируют взаимоотношения ключевых акторов на международной арене». В нем можно выделить три сегмента. Первым выступает «порядок безопасности», или «военно-политический порядок». В его рамках поддерживаются международный мир и безопасность, а основными его гарантами служат государства. Ключевым элементом здесь выступает Устав ООН, но значительную роль играют также нормы международного права, международные и региональные альянсы и институции, а также международные договоры. Вторым элементом оказывается «экономический порядок», который регулирует и поддерживает международную торговлю. В данном случае основой также служат многочисленные международные законы, институты (Мировой банк, Международный валютный фонд и так далее) и договоры. Наконец, третьим элементом можно считать «ценностный порядок». Он обеспечивает качественное управление, демократию, соблюдение прав человека и базируется на своде международных правозащитных документов, главным из которых является Всеобщая декларация прав человека 1948 года.

Для того чтобы выяснить, насколько «здоров» нынешний миропорядок, в этой статье сначала анализируется уровень государственного участия в его поддержании в целом, а потом оцениваются достижения каждого из выделенных выше трех сегментов в обеспечении тех целей, которые перед ними стоят.

Участие в поддержании международного порядка

Если международный порядок действительно испытывает проблемы, то мы должны будем зафиксировать пересмотр существующих договоров, сворачивание участия в международных институциях и сокращение числа самих этих институций. И наоборот, если мир в хорошей форме, можно ожидать подписания новых договоров, учреждения новых институтов и более активного участия в их работе. В текущей ситуации вопреки тому, что общая картина противоречива и некоторые проблемы действительно имеют место, долгосрочные тенденции вселяют оптимизм.

Вероятно, самым очевидным свидетельством стресса, испытываемого международным порядком, можно считать разрушение созданной в годы «холодной войны» системы контроля над вооружениями. Юджин Румер отмечает:

«Застой в американо-российских отношениях… жестко пресекает любую возможность заключения новых соглашений, направленных на контроль над вооружениями, и ставит под вопрос сохранение нынешних контролирующих структур. [...]Вся система контроля над вооружениями оказалась под угрозой».

Начиная с 2002 года, когда Соединенные Штаты в одностороннем порядке вышли из Договора об ограничении систем противоракетной обороны, и до 2019 года, когда перестал работать Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, несущие опоры российско-американской системы контроля над вооружениями падали одна за другой. К настоящему моменту от нее не осталось почти ничего, за исключением Договора о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ-III), который в 2021 году так же едва ли будет продлен.

Отмеченные обстоятельства, разумеется, не могут не вызывать определенного беспокойства, но их не стоит интерпретировать в качестве подтверждения того, будто государства в массовом порядке выходят из международной системы. В докладе Института экономики и мира за 2018 год отмечается: «За последние сто лет дипломатические отношения между странами продемонстрировали прирост на 600%, а формальных альянсов на сегодняшний момент в 77 раз больше, чем в 1918 году». Если в 1980 году в мире было около 10 тысяч международных организаций, то к 1992-му, когда «холодная война» завершилась, их насчитывалось уже 30 тысяч. В настоящее время их 70 тысяч. За подобной динамикой, как предполагается, стоит «постепенное увеличение численности и разнообразия организаций, институтов и соглашений, которые обеспечивают мирное разрешение конфликтов». «RAND Corporation» заключает:

«Характерной особенностью послевоенного мироустройства стало наличие множества публичных и частных институтов различных типов, причем их общее количество остается стабильным. Членство отдельных государств в ведущих международных институтах типа ООН и ВТО также устойчиво. Нет никаких признаков того, что ведущие державы покидают ключевые институты существующего миропорядка».

Государства по-прежнему выносят свои споры на рассмотрение международных инстанций, например ВТО, с той же интенсивностью, что и раньше; в то же время «общее число заседаний Совета Безопасности ООН, а также резолюций, в этот орган внесенных и им принятых, с 2005 года остается примерно на одном и том же уровне». Использование в Совете Безопасности права вето, напротив, стало более редким, чем в 1970—1980-е годы. Сказанное позволяет предположить, что международные институты работают с той же эффективностью, что и прежде.

Сам по себе рост численности международных институций вовсе не обязательно представляет собой благотворное явление. Нередко высказываются опасения по поводу того, что возникновение альтернативных структур может ослабить уже действующие органы, а распространение новых институций способно обернуться «бессмысленным удваиванием международных организаций, функционально дублирующих друг друга». Тем не менее сам факт подобного институционального «размножения» говорит о том, что глобальный порядок превратился в «хорошо отлаженную и интегрированную систему». Причем под этим углом зрения данная система представляется довольно прочной.

Новая «холодная война»?

(последует)