Итоги системной трансформации в Польше

После преодоления трансформаци­онного спада, начиная с 1994 года тем­пы роста экономики в Польше превы­шали уровень большинства стран ЦВЕ и средние показатели по ЕС. К 2000 году объем производства валового внутреннего продукта (ВВП) превысил уровень 1990 года почти на 50 про­центов, а к моменту вступления стра­ны в ЕС — на 63 процента. В 2012 году, пройдя мировой кризис без спада ВВП, страна более чем удвоила его — около 227 процентов к уровню 1990 года.

На протяжении всего периода трансформации в Польше динамич­но росла производительность труда во всех отраслях производства, хотя пока она не стала значимым фак­тором роста ВВП. Если в 2000 году производительность труда на одного занятого в пересчете по ППС состав­ляла около половины среднеевро­пейской, то в 2010-м — уже почти две трети. Реальная производительность труда в сельском хозяйстве возросла в 2011 году по сравнению с 2005-м на 80,8 процента. Это один из самых вы­соких показателей для стран ЕС, где в среднем в этот период она увеличи­лась на 18,3 процента.

За прошедшие годы страна прошла большой путь в направлении повыше­ния эффективности хозяйствования, изменилась как структура собствен­ности, так и структура производства и народного хозяйства в целом. Ди­намичное развитие частного секто­ра создало основу первоначального накопления капитала и положило начало массовой приватизации пре­имущественно за счет внутренних источников. В 1989—2011 годах доля частного сектора в численности за­нятых в экономике выросла с 47 до 75 процентов; в производстве ВВП — с 18 до 83 процентов. В настоящее время свыше 50 процентов ВВП про­изводится на МСП. Увеличилась доля частного сектора в объеме капитало­вложений (с 36 процентов в 1989 году до 55 процентов в 2011-м) и основ­ных фондов (с 29 до 60 процентов). Растет доля предприятий с участием иностранного капитала (ИК) в произ­водстве ВВП: если в 2000 году она со­ставляла 11,4 процента, то в 2011-м — уже 23,1 процента.

В реализованной продукции про­мышленности доля частного сектора увеличилась с 5 процентов в 1989 году до 86 процентов в 2011-м, в том чис­ле 41 процент — на предприятиях с участием иностранного капитала. На частный сектор в обрабатывающей промышленности в 1992 году прихо­дилось 11 процентов, а в 2011-м — уже 94 процента. В объеме строительно-монтажных работ его доля выросла с 24 процентов в 1989 году до 99 про­центов в 2011-м. Если в 1992 году част­ными предприятиями осуществлялось 28 процентов экспорта, то в 2011-м — уже 82 процента, в импорте — соот­ветственно 55 и 83 процента.

Изменилась и структура заня­тости: в 1989 году в промышленно­сти было занято 29 процентов, в стро­ительстве — 7,8, в сельском и лесном хозяйстве — 27,7 и в различных от­раслях сферы услуг в совокупности — 35,5 процента всех работающих. В 2011 году занятость в промышлен­ности сократилась до 20,5 процента, в строительстве — до 6,4, а в сельском, лесном, рыбном и охотничьем хозяй­ствах — до 16,7 процента. Занятость в сфере производственных и непроиз­водственных услуг возросла до 56,4 процента всех работающих. Соот­ветственно, изменилась и структура производства добавленной стоимо­сти: в 2011 году на сельское, лесное хо­зяйство и рыболовство приходилось 4 процента, на промышленность — 25, на строительство — 8 процентов и 63 процента — на производственные и непроизводственные услуги.

Для современной Польши харак­терна диверсифицированная от­раслевая структура промышлен­ности. В 1989—2010 годах в совокупном объеме производства значительно увеличилась доля по­требительских товаров (с 34 до 48 процентов); возросла доля новых и модернизированных товаров (с 5 до 11 процентов); расширилось при­менение современных промышлен­ных технологий. Это сопровожда­лось удвоением производительности труда, сокращением удельного по­требления энергии и металлов, сни­жением эмиссии промышленных отходов, газа и пыли.

Итоги системной трансформации в Польше

История повторяется

Никогда раньше мы не влияли на окружающую среду так сильно, что теперь теряем верхний слой почвы и влажные тропические леса планеты. Наша деятельность так стремительно меняет климат, что многие из самых знающих ученых в мире опасаются за будущее человечества. Никогда прежде мы не стирали с лица земли такое количество видов растений и животных, как сейчас. Мы не внедряли в таком количестве генетически модифицированные виды растений, не зная, какие будут последствия. Все эти изменения во многом зависят от того, чем мы питаемся.

По мере того как миллиарды людей в развивающихся странах становятся богаче и перенимают западный тип питания и жизни, проблемы, порожденные излишествами в питании, становятся с каждым годом все более актуальными. В 1997 г. генеральный директор Всемирной организации здравоохранения Хироси Накадзима предсказал бум хронических болезней в развивающихся странах, определив это как «кризис болезней в мировом масштабе».

Мы, неуклюже действуя на протяжении последних 2500 лет, создали колосса на глиняных ногах, которого теперь называем современным обществом. Но теперь у нас точно не будет еще 2500 лет, чтобы вспомнить уроки Платона, Пифагора, Сенеки и Mесилвена; у нас не будет даже 250 лет. Необходимость быстро действовать дает большие возможности, и это наполняет мое сердце надеждой. Люди начинают чувствовать неизбежность перемен, подвергают сомнению некоторые современные принципы, касающиеся питания и здоровья, прислушиваются к выводам ученых и постепенно меняют жизнь к лучшему.

Раньше не было такого количества эмпирических исследований, подтверждающих пользу диеты, основанной на употреблении цельных растительных продуктов. Сейчас мы можем получить изображение артерий в сердце, а затем убедительно продемонстрировать, как это сделали Дин Орниш и Колдуэлл Эссельстин-мл., что питание цельными растительными продуктами излечивает сердечно-сосудистые заболевания. Теперь у нас есть знания, чтобы понять, как это работает. Животные белки даже в большей степени, чем насыщенные жиры и пищевой холестерин, повышают уровень холестерина в крови у подопытных животных, отдельных людей и целых народов. Сравнения между разными странами показывают, что население, питающееся традиционной растительной пищей, гораздо реже страдает сердечно-сосудистыми заболеваниями, а исследования жителей одной страны показывают, что у тех, кто ест больше цельных растительных продуктов, не только ниже уровень холестерина в крови, но и реже возникают сердечнососудистые заболевания. Теперь у нас есть широкий спектр убедительных доказательств того, что питание цельными растительными продуктами наиболее благоприятно для сердца.

Никогда прежде мы так глубоко не понимали, как питание влияет на рак на клеточном уровне, а также на уровень популяции. Опубликованные данные показывают, что животные белки стимулируют рост опухолей. Потребление животных белков повышает уровень гормона IGF-1 — фактор риска развития рака, а питание с высоким содержанием казеина (основного белка коровьего молока) способствует улучшению проникновения канцерогенов в клетки. В свою очередь, это позволяет более опасным канцерогенам прикрепляться к ДНК, что приводит к увеличению числа мутагенных реакций, вызывающих рост раковых клеток, и обусловливает ускоренный рост опухоли после ее образования. Научные данные свидетельствуют о том, что диета, основанная на потреблении животных продуктов, увеличивает выработку женских половых гормонов в течение всей жизни, что может привести к раку молочной железы. Теперь мы владеем множеством веских аргументов в пользу того, что питание цельными растительными продуктами может предотвратить и излечить рак.

В прошлом у нас не было технологий для измерения биомаркеров, сигнализирующих о наличии сахарного диабета, а также доказательств того, что уровень сахара, холестерина и инсулина в крови понижается при потреблении цельных растительных продуктов в большей степени, чем при любой другой терапии. Проведенные исследования показывают, что больные сахарным диабетом второго типа, потребляя цельные растительные продукты, могут излечиться и прекратить прием лекарств. Множество международных исследований показывает, что сахарный диабет первого типа, тяжелое аутоиммунное заболевание, связан с потреблением коровьего молока и преждевременным прекращением грудного вскармливания. Теперь мы знаем, что аутоиммунная система может атаковать наш собственный организм посредством молекулярной мимикрии, вызванной потреблением животных белков, которые проникают в наш кровоток. У нас также имеются убедительные доказательства корреляции между возникновением рассеянного склероза и потреблением продуктов животного происхождения, а особенно молочных продуктов. Интервенционные исследования показали, что правильное питание может замедлить и, возможно, даже прекратить развитие рассеянного склероза. Теперь в нашем распоряжении данные, убедительно доказывающие, что питание цельными растительными продуктами способствует предотвращению и лечению сахарного диабета и аутоиммунных заболеваний.

Никогда раньше у нас не было стольких подтверждений того, что питание с повышенным содержанием животного белка может губительно отразиться на наших почках. Мочекаменная болезнь возникает из-за того, что потребление животного белка способствует накоплению чрезмерного количества кальция и оксалатов в почках. Сегодня мы знаем, что катаракту и возрастную макулодистрофию можно предотвратить с помощью продуктов, содержащих большое количество антиоксидантов. Кроме того, исследования показали, что возникновение когнитивной дисфункции, сосудистой деменции, вызванной микроинсультами, и болезни Альцгеймера связано с пищей, которую мы едим. Исследования свидетельствуют о том, что риск переломов тазобедренных суставов и развития остеопороза усугубляется при потреблении пищи с высоким содержанием продуктов животного происхождения. Животные белки вызывают вымывание кальция из костей, создавая кислую среду в крови. Теперь мы располагаем надежными доказательствами того, что питание цельными растительными продуктами наиболее полезно для наших почек, костей, глаз и мозга.

История повторяется

Политика и супергерои: принцип суперпозиции

Как однажды заметил Умберто Эко, способ функционирования комиксов напоминает сновидения: маниакально-навязчиво повторяется один и тот же сюжет, снова и снова; ничего не меняется; и даже если сюжетный фон смещается от Великой Депрессии ко Второй Мировой, и от Второй Мировой к послевоенному обществу потребления, супергерои, будь то Супермен, Вондер Вумен или Зеленый Шершень кажутся застрявшими в вечном настоящем, никогда не стареющими, постоянно одинаковыми.

Сюжет всегда строится по примерно одной и той же схеме: плохой парень, какой-нибудь босс мафии или, еще чаще, могущественный суперзлодей задумывает проект захвата мира, его уничтожения, грабежа или вымогательства невиданных размеров. Или же он просто хочет кому-то отомстить. Герой озабочен грозящей опасностью и пытается разработать собственный контер-план. После различных испытаний и решения разного рода щекотливых вопросов, герой все-таки разрушает замысел суперзлодея. Мир возвращается в нормальное состояние до следующего эпизода, в котором произойдет примерно все то же самое.

Не нужно быть гением, чтобы понять, что же все это значит. Эти «герои» исключительно реакционны, в буквальном смысле этого слова. У них нет собственных проектов, по крайней мере не в роли супергероев: в качестве Кларка Кент, Супермен может постоянно пытаться, и постоянно обламываться, стараясь залезть в брюки к Лу Лэйн, но в качестве Супермена он исключительно реакционен. На самом деле кажется, что супергероям крайне недостает воображения: например, Брюс Вэйн совершенно не может представить, что же ему делать со всем его огромным состояниям, и все, на что его хватает – это спорадические вспышки благотворительности; и вряд ли Супермен когда-либо сподобится создавать города, вырезая их из скал.

Супергерои почти никогда ничего не создают, не придумывают и не строят. Напротив, злодеи преисполнены творческой энергией. У них всегда полно планов и идей. Несомненно, что с начала, даже не осознавая этого, мы идентифицируем себя со злодеями. В конце концов, это именно они устроили эту заварушку. Затем, конечно, мы чувствуем свою вину, и уже реидентифицируем себя с супергероем, и, благодаря этому, получаем еще больше удовольствия, наблюдая за тем, как супергерой загоняет заплутавшее бессознательное обратно в подчинение.

С политической точки зрения, комиксы про супергероев могут казаться вполне безобидными. Если вся суть комиксов может быть сведена к попытке объяснить подросткам, что в каждом из нас есть стремление к хаосу и к причинению страданий другим, но что подобные стремления необходимо сдерживать и контролировать, то в этом нет ничего особенно страшного, особенно учитывая что их сообщение в конечном счете не может избавиться от собственной амбивалентности. В конце концов, даже в самых нравоучительных фильмах, супергерои проводят достаточно большое количество времени, разрушая пригородные молы и офисные центры, то есть занимаются тем, о чем все мы мечтаем в тот или иной период собственной жизни. Но в случае большинства комиксных супергероев, беспорядки имеют крайне консервативные политические последствия. Что бы понять, почему это так, нам необходимо сделать краткое отступление и поговорить об учредительной власти.

Политика и супергерои: принцип суперпозиции

Глобализация

Глобализация, как правило, выражается в трёх экономических процессах. Во-первых, произошёл рост объёмов мировой торговли, так что предприятия конкурируют теперь не просто в рамках собственного национального хозяйства, а по всему миру. Естественным результатом такого роста торговли является изменение природы мировой конкуренции. Предприятия используют информационные технологии, чтобы размещать свои производственные мощности в любой точке мира, где дешевле факторы про­изводства [Castells 1996]. Рабочие места из развитого мира могут быть перенесены в страны третьего мира, потому что заводы можно контролировать дистанционно, навыки передавать, а уровень зарплат там достаточно низок, чтобы компенсировать дополнительные трансакционные издержки и более низ­кий уровень производительности [Shaiken 1993]. Информационные технологии подразумевают воз­можность создания и координации всё более длинных цепей поставок.

Во-вторых, глобализация состоит в подъёме так называемых азиатских тигров, который произошёл за счёт сокращения рабочих мест в Европе и Северной Америке. Американские, японские и в меньшей степени европейские предприятия переместили свои производства поближе к источникам недорогого, но относительно высококвалифицированного азиатского труда. Быстрый рост этих экономик связан с целым рядом факторов: ведомые государством программы развития, создающие инфраструктуру; лёг­кость инвестирования; высокие вложения в человеческий капитал; политическая стабильность и от­крытость для мирового капитала [Wade 1990; World Bank 1993; Evans 1995; Akyuz, Gore 1996; Campos, Root 1996].

И, в-третьих, глобализация выразилась в значительном расширении мировых финансовых рынков кре­дитов, активов и особенно валюты. Аналитики этих рынков видят в огромном числе торгуемых валют признак того, что центральные банки уже не могут контролировать валютные потоки. Более того, спе­кулянты на этих рынках могут вызвать сброс валюты данной страны, если они чувствуют, что теку­щая экономическая политика, скорее всего, приведёт к высокой инфляции или высоким процентным ставкам (обзор аргументов и фактов по поводу данного утверждения см.: [McNamara 1998]). Мировые кредитные рынки также ограничивают возможности фискальной политики, устанавливая высокую стоимость кредита. В совокупности мировые финансовые рынки побуждают государства избирать де­нежную и фискальную политики, которые способствуют низкой инфляции, замедляют экономический рост и сдерживают дефицитное расходование [Frieden 1991].

Считается, что рост мировой экономики и её зависимость от информационных технологий имеют не­сколько негативных последствий для развитых стран. Во-первых, деиндустриализация (то есть избав­ление от производства путём закрытия заводов) означает, что исчезают высокооплачиваемые рабочие места для синих воротничков [Bluestone, Harrison 1982]. Поскольку эти работники обладают неболь­шим количеством навыков, которые можно использовать где-либо ещё, они с трудом могут найти себе новую работу. Растущее число безработной неквалифицированной рабочей силы снижает уровень зар­платы за низкоквалифицированный труд. Во-вторых, новые рабочие места, создаваемые глобальной экономикой в развитых обществах, предназначены для людей с высокой квалификацией, для тех, кого Роберт Райх назвал работниками знаний [Reich 1991]. Таким работникам платят больше, потому что у них есть идеи и навыки, благодаря которым возможна экономическая интеграция. Раз их произво­дительность высока, то возрастает и их зарплата. Эти две силы, взятые вместе, приводят к противоре­чивым результатам. Отдача от человеческого капитала возрастает для тех, кто и так находится наверху квалификационной пирамиды, а для тех, кто находится внизу, она уменьшается. Это усиливает соци­альное неравенство по доходам и зарплатам.

Такие последствия для стратификации негативно сказываются на положении государств [Cable 1995; Sassen 1996; Strange 1996]. Спрос на государственные услуги увеличивается вследствие увольнений и сокращения зарплат для людей из низкодоходных семей. Государства пытаются заботиться об этих ра­ботниках, проводя политику бюджетной экспансии. Но, к сожалению, поступая так, они сталкиваются с целым рядом проблем. Если государство поднимает налоги для корпораций, оно только подталкивает предприятия уйти в офшоры [Garrett 1995; Strange 1996]. Это усиливает воздействие глобализации на деиндустриализацию, отпугивая капитал. Государства должны быть осторожными, наращивая боль­шой бюджетный дефицит, потому что мировые валютные рынки могут снизить курс их национальной валюты. Это увеличит издержки финансирования дефицита с помощью мировых кредитных рынков, которые выставят более высокие процентные ставки. А высокие процентные ставки вызовут замедле­ние экономической активности.

Таким образом, государства попадают в своего рода ловушку и оказываются неспособными реагиро­вать на негативные следствия глобализации. Эффективные государства могут проводить лишь такую экономическую политику, которая содействует снижению инфляции и тарифных барьеров, урезая про­граммы защиты работников и их семей в надежде привлечь иностранные инвестиции для стимулиро­вания экономического роста. Государство способно лишь на один позитивный шаг — инвестировать в образование.

Нил Флигстин, «Архитектура рынков: экономическая социология капиталистических обществ XXI века»

(Опубликовано в журнале «Экономическая социология», т.14, №13, 2013 г.)

Мать — основа мира российских подростков

Социолог Борис Павлов, доктор философских наук, ведущий научный сотрудник Института экономики Уральского отделения РАН (Екатеринбург) исследовал жизнь подростков больших и средних городов Урала.

Он условно разделил подростков (14-17 лет) на 6 групп, примерно равнозначных. Это деление условное, но оно даёт представление о стратификации общества в этом регионе.

1. Фасад «благополучия» – «Золотые чада». Это потенциальные наследники успешных и процветающих родителей, располагающие солидными банковскими счетами и недвижимостью;  фигуранты безнаказанных ДТП и уголовно наказуемых деяний; молодые завсегдатаи престижных  ресторанов, подпольных казино.

2. Благополучные «послушники» – прилежные, послушные ученики с пятёрками по поведению; восприемники движения «тимуровцев»; юные «зелёные»; юные волонтёры; школьные активисты; активные члены кружков по интересам; члены РСМ; участники олимпиад, спортивных соревнований; активные помощники родителей «по дому».

3. Благополучные «неслухи». Это фанаты виртуального общения в Интернете, «нигилисты» воспитательной политики родителей, учителей, милиционеров; любители экстремальных видов спорта и занятий; носители пирсинга и татуировок.

4. «Трудные» подростки. Это «оккупанты» дворовых подворотен и подъездов; любители ненормативной лексики, агрессивные футбольные фанаты; «дети-бегунки» из родительских семей; молодые курильщики и выпивохи; дети-попрошайки; завсегдатаи пивных баров, дискоклубов.

5. Несовершеннолетние правонарушители. Это мастера по росписи граффити-живописи; подростки, состоящие на учете в ОВД; любители покататься на угнанных «тачках»; спекулянты и фарцовщики; мелкие воры и мошенники; «девочки по вызову», потребители наркотиков; фигуранты вечерних полицейских облав.

6. Криминальный остаток или «опасное придонье». Участники подростковых «стрелок-разборок», крутые парни; пособники взрослых преступников; молодые люди, отбывшие наказание в ИТУ и подростковых колониях; молодые «удачливые» члены бандформирований; молодые насильники.

Если эта классификация плод наблюдений социолога (Борис Павлов изучает подростковую среду уже более 30 лет), то исследование этого мира показало более детальные результаты.

На основе представительной выборки в шести городах Свердловской и Челябинской областей были опрошены 665 учащихся старших классов – подростки (в дальнейшем – аббревиатура – «П»), 490 их родителей («Р») и 230 экспертов («Э») – специалистов учреждений, связанных с организацией социализационного процесса в молодёжной среде.

Выяснилось, что из опрошенных подростков 327 входят по оценкам учителей в число так

называемых «благополучных» и 338 – «трудные». То есть неблагополучными оказались чуть более половины детей.

Ещё один интересный факт: каждый третий – четвёртый выпускник общеобразовательной школы не исключает возможности участия в криминальных группировках! Т.е. питательная среда для криминалитета после 90-х не исчезла, и при ухудшении экономической обстановки или ослаблении властей мы рискуем снова столкнуться с беспределом, характерным для эпохи двадцатилетней давности.

Мать — основа мира российских подростков

Российско-американские отношения: есть ли пределы ухудшения?

Нынешнее состояние российско-американских отношений не внушает оптимизма. Конечно, Обама хотел бы договориться с Путиным о дальнейшем сокращении стратегических наступательных вооружений. Однако шансов на успех здесь в ближайшее время практически нет.

Дальнейшее сокращение числа термоядерных боеголовок и их носителей вообще вряд ли возможно.

Во-первых, потому, что такое сокращение российского ракетно-ядерного потенциала может угрожать уже балансу стратегических вооружений России и Китая, поскольку последний никаких ограничений в области стратегических вооружений до сих пор на себя не принимал. Да и США не приходится сбрасывать потенциальную китайскую угрозу со счетов.

Во-вторых, Россия увязывает дальнейшее сокращение стратегических вооружений с достижением соглашения с США по поводу создания глобальной системы ПРО. А в этой сфере между сторонами пока что сохраняются непреодолимые противоречия.

Другая проблема, которая могла бы быть обсуждена на российско-американском саммите, если бы он не был отменен, – это проблема ядерной программы Ирана. Как раз в последнее время появились мнения некоторых экспертов о том, что атомной бомбой Иран будет обладать уже в 2014 году. Вашингтон был бы заинтересован в том, чтобы Москва согласилась на ужесточение санкций против Ирана, полностью прекратила бы поставки Тегерану вооружений, а также, в случае реальной угрозы успешного завершения иранской ядерной программы, согласилась бы на проведение ограниченной военной операции против Ирана и иранских ядерных объектов Соединенными Штатами, Израилем или международной коалицией.

Однако российское руководство не давало никаких сигналов, что оно готово пойти навстречу американским требованиям в иранском вопросе.

Проблема Афганистана в российско-американских отношениях уже сейчас не играет сколько-нибудь существенной роли, а в недалеком будущем, после вывода из Афганистана войск НАТО, может вообще сойти на нет, и эта тема уже не может служить основанием для улучшения отношений между Россией и США.

Важным, безусловно, остается сирийский вопрос. Однако здесь позиции сторон полярно противоположны. Никаких признаков сближения в данном вопросе нет, равно как нет признаков того, в ближайшее время может состояться новая международная конференция в Женеве по сирийскому урегулированию, идею которой выдвинули Россия и США. Можно предположить, что Америка в ближайшее время начнет поставки вооружений сирийской оппозиции (если уже не поставляет их в настоящее время), а Россия продолжит поставки вооружений правительству президента Асада. Контуры какого-либо компромисса в сирийском вопросе совершенно не просматриваются.

Таким образом, в сфере международной политики в настоящее время нет таких проблем, которые могли бы быть решены благодаря реальному взаимодействию России и США, поскольку позиции двух государств оказываются действительно слишком далеки друг от друга.

Российско-американские отношения: есть ли пределы ухудшения

Надвигающийся конец света

Можно предположить, что раз мы подсчитываем статистические данные, то можем доказать абсолютно всё, установив корреляцию между вот этой вещью и вон той реакцией, ведь так? Существуют связи между тем, как люди покупают зубные щётки, и тем фактом, что мы находимся в рецессии – даже сегодня, как считают некоторые. Очевидно, что люди меньше ходят к зубному врачу и компенсируют это увеличением потребления товаров по уходу за зубами тогда, когда экономическая ситуация ухудшается. Есть и другой зловещий показатель, который публикуется каждый год банком Barclays из Великобритании с целью увязать высоту зданий со случаями рецессий, которые имели место в мире. Он называется Небоскрёбный индекс Barclays.

Согласно индексу строительство самых высоких в мире зданий всегда совпадало с большими спадами и рецессиями, через которые мы проходили в своей истории. Крайслер-билдинг (законченный строительством в 1930 году), Эмпайр-стейт-билдинг (1931) и Великая депрессия относятся к одному и тому же периоду времени. Строительство Бурдж-Халифа в Дубаи, ОАЭ, было начато в 2004 году и завершено в 2009-м, как раз в момент, когда по-настоящему начался мировой финансовый кризис. Возведение Башни Петронас в Индонезии пришлось прямо на Азиатский кризис.

И, возможно, это не так уж и глупо. Строительство небоскрёбов совпадает со строительными бумами, то есть с массированными инвестициями, зачастую избыточными, а это означает высокий уровень ошибок при распределении капитала. В случае, если капитал в экономике распределяется неправильно, и происходит чрезмерное расходование или кредитование, экономика в итоге компенсирует это погружением страны в дефицит, следствием чего становится спад. Так что это явно не лишено смысла.

В частности, есть две страны, которые соревнуются между собой, у кого самое высокое здание в мире и больше всего небоскрёбов. Это означает, что назревает большой приход инвестиций, или что он уже начался. Одной из этих стран является Китай, и он уже закончил половину из 124 небоскрёбов, которых намерен построить в стране. Китайцы приступили к реализации проекта массового строительства небоскрёбов два года назад и планировали строить по одному небоскрёбу каждые пять дней, чтобы справиться с растущим наплывом мигрантов из сельской местности, приезжающих в городские районы в поисках работы. Результаты исследований свидетельствуют о том, что в течение следующих двух лет Китай обзаведётся более чем 800 небоскрёбами (зданий высотой более 500 футов (150 метров; прим.)).

Строительство самого высокого здания в Китае (Шанхайской башни) было начато на заре финансового кризиса 2008 года. И только в последний вторник своё место заняла последняя балка, завершающая строительство основных конструкций здания. Это событие совпало со спадом в китайской экономике и снижением деловой активности, ощутимым в настоящий момент. Аналитики умерили свои оценки экономических перспектив страны, когда рост в Китае упал с 7,7 процентов в 1 квартале до 7,5 процентов во 2-м.

Второй страной, которая даёт старт проекту строительства суперзданий, является Индия. По имеющимся планам в ближайшие 5 лет должны увидеть свет 14 небоскрёбов. Башня Индия будет вторым по высоте зданием в мире (2356 футов (718 м; прим.)). Строительство её началось в 2010 году, но в 2011 году было прервано.

Когда в стране строят слишком много небоскрёбов, это говорит о конце возможного цикла. Страна уже была залита деньгами, в хорошие времена там должны были пастись стада тучных коров, а банки открыли шлюзы, чтобы разбрызгивать эти деньги вокруг. Но Небоскрёбный индекс Barclays говорит, что значение имеет не только количество высоких зданий и даже факт их строительства, но и высота этих зданий, которая предсказывает степень будущего экономического спада. Здания в мире никогда были более высокими, чем сегодня! Бурдж-Халифа имеет высоту 829 метров (2719 футов), Шанхайская башня – 630 м (2066 футов). Но китайцы уже приступили к строительству самого высокого здания в мире, строения Чанша, высота которого будет достигать 838 метров (2749,34 фута), превзойдя дубайский небоскрёб на 10 футов (так в тексте; прим.). Шанхайская башня стоит 2,4 миллиарда долларов и будет полностью закончена к 2014 году.

Китайский пузырь на рынке недвижимости начал сдуваться в 2011 году, когда в Китае пошли вниз цены на жильё. Средний класс был не в состоянии найти в городских районах съёмное жильё по приемлемым и допустимым ценам, и аналитики чётко указывают на это обстоятельство как одну из причин, по которым с прошлого года китайская экономика пошла на спад. С 2005 по 2009 год средние цены в жилых районах увеличились в три раза. Жилые помещения стояли пустыми в то время, как китайцы не могли заплатить арендную плату или угнаться за ценами, так как их заработки росли не так быстро. Притом, что в 2011 году в Китае было 64 миллиона объектов жилого фонда, страна продолжала строить и строить, невзирая ни на что. В одном только Шанхае цены на недвижимость за 7-летний период с 2003 по 2010 год взлетели на 150 процентов.

Если вам всё ещё нужны новые доказательства, британцы построили у Лондонского моста «Осколок»; начали в 2009-м и закончили в 2012-м (открытие 5 июля). Его высота составляет 1020 футов (310 м; прим.), и на сегодняшний день это самое высокое здание в ЕС. Не дай бог, если когда-нибудь в один прекрасный момент Небоскрёбный индекс Barclays покажет, что у истоков падения еврозоны и рецессии стоят именно британцы.

Надвигающийся конец света

О рисковой грамотности

Грамотность в смысле умения читать и писать — непременное условие информированной вовлеченности в демократию прямого участия. Но в наше время просто уметь читать и писать недостаточно. Головокружительное развитие технологий привело к тому, что в XXI веке владеть рисковой грамотностью необходимо в той же мере, в какой в XX веке было необходимо владеть навыками чтения и письма. Рисковая грамотность — это умение осмысленно оценивать вероятности.

Не владея ею, люди подвергают опасности свое здоровье и свои деньги, позволяют внушать себе необоснованные, часто вредные надежды и страхи. Но при этом, когда руководители государств обсуждают способы противостоять современным угрозам, к понятию рисковой грамотности они вслух апеллируют очень редко. Среди мер, призванных снизить вероятность следующего финансового кризиса, назывались ужесточение законодательства, разукрупнение банков, снижение бонусов топ-менеджерам, сокращение коэффициента финансовой зависимости, и так далее.

Но одна важнейшая мысль так и не прозвучала: надо помочь людям научиться правильно оценивать собственные финансовые риски. Например, многие заемщики из категории «ниндзя» (NINJA — No Income, No Job, No Assets — «без дохода, без работы, без активов»), которых кризис субстандартного кредитования чуть не оставил без последней рубахи, не знали, что их закладные — с «плавающей» процентной ставкой, а не с фиксированной.

Еще одна проблема, которую поможет решить рисковая грамотность — это резкое повышение цен в здравоохранении. С ним обычно предлагают бороться с помощью повышения налогов и ограничением объема медицинских услуг. Тем временем, благодаря распространению среди пациентов медицинской грамотности можно за меньшие, чем сейчас, деньги получить качественно лучшую медицину. К примеру, мало кому из американских родителей известно, что в стране каждый год миллиону детей назначаются ненужные исследования методом компьютерной томографии и что при КТ-исследованиивсего организма человек получает дозу радиации, в тысячу раз большую, чем при маммографии, — это дает приблизительно 29 000 дополнительных случаев рака ежегодно.

Я уверен, что современным кризисам надо противопоставить не новые законы, не укрепление бюрократии и не денежные вливания, а в первую очередь, распространение среди граждан рисковой грамотности. Для этого им надо прививать навыки статистического мышления.

Говоря упрощенно, статистическое мышление — это то, что позволяет человеку осознавать и просчитывать вероятности и риски. Тем временем 76% взрослых американцев и 54% немцев не знают, как выразить процентах вероятность 1:1000 (это будет 0,1%). В школах детей учат математике определенности: геометрии и тригонометрии, практически или вовсе не уделяя времени математике неопределенности. Если до нее все же дело доходит, то она сводится к унылым с точки зрения учащихся задачкам с монетками и игральными костями. Но статистическое мышление можно подавать и как средство решения реальных задач, вроде расчетов рисков, связанных с употреблением алкоголя или верховой ездой, оценки вероятности заболеть СПИДом или забеременеть. Из всей математики статистическое мышление имеет самое непосредственное отношение к жизни подростков.

Статистическому мышлению не обучают даже студентов юридических и медицинских факультетов, хотя их будущие профессии по природе своей неразрывно связаны с просчетом вероятностей. Американские судьи и адвокаты, не разобравшись со статистической стороной генетической дактилоскопии, легко попадаются на уловки обвинителей; их британские коллеги делают некорректные выводы о вероятности наступления внезапной младенческой смерти. Многие врачи по всему миру ошибочно оценивают вероятность того, что пациент с положительными результатами скринингового теста действительно болен раком, и не способны делать правильные выводы из данных исследований, которые публикуются в медицинских журналах. Рисково неграмотные специалисты не решают проблемы, а напротив, их создают.

О рисковой грамотности

Динамика протестной активности — 2013

1. Численность протестующих снизилась

Массовые акции недовольства, начавшиеся сразу же после выборов в Государственную Думу, поразили наблюдателей своей численностью, которая далеко превосходила антиправительственные выступления прошлых лет. Первый многочисленный митинг против выборов в Государственную думу состоявлся 5 декабря 2011 года. По данным интернет ресурса Lenta.ru, 10 декабря 2011 акции протеста прошли в 99 городах России и 42 городах за рубежом. Только в Москве он собрал 150 тысяч человек (по мнению оппозиции) или 85000 чел. (по подсчетам МВД).

Ровно год назад (в июле 2012 года) социологи из «Левада-центра» прогнозировали рост протестной активности. По данным исследования, поддержка митингующих в России составляла 42% опрошенных, готовность лично участвовать в акциях протеста выразили около 20% [1]. Однако, эти прогнозы не оправдались.

Митингов становилось больше, они проходили чаще и по различным поводам, но численность участников неуклонно сокращалась. Сравним официальные данные правоохранительных органов и данные организаторов митингов. Максимальные данные обычно приводили лидеры оппозиции и комитет «За честные выборы». Минимальные данные — у МВД. Расхождение составляло в среднем 7,5 раз [2].

Собрав все данные о количестве людей, посещавших митинги протеста с декабря 2011 г. по лето 2013 г., мы построили график, верхнюю кривую которого составляют данные организаторов акций протеста (максимальные значения), а нижнюю — данные МВД (минимальные значения). Красная линия на графике показывает экспоненциальный тренд.

protest01

2. Протест постарел. Студенты уходят, интеллигенция остается

Исследования год назад показали, что субъектом протеста является, главным образом, студенчество и интеллигенция крупных городов России. Летом 2012 году мы замеряли «Индекс интеллигентности» респондентов по экспертным оценкам интервьюеров. Социологи оценивали уровень интеллигентности респондента по 5-балльной шкале, исходя из следующих критериев: 1) вежливость, 2) грамотность и литературность речи, 3) свобода в изложении своей позиции. Средний показатель «индекса интеллигентности» в 2012 году составил 4,7 балла. Протестные акции 2013 года подтверждают, что интеллигенция остается костяком протеста.

protest02

Среди протестующих 69,7% имеют высшее образование, что почти в три раза превышает средний показатель по стране (28% по данным Росстата).

Исследование мая-июня 2013 г. показали, что за год произошло некоторое повышение среднего возраста оппозиционеров, и сейчас он равняется 40,4 года. Старение произошло, главным образом, за счет оттока наиболее молодых участников протеста, главным образом студентов (с 17,2% в 2012 г. до 14,9% в 2013 г.). В 2012 г. модальная возрастная группа находилась в интервале от 30 до 35 лет. В 2013 г. — это уже люди от 40 до 45 лет.

Если в прошлом году, характеризуя субъект протеста, мы говорили, что это «студенчество и молодая интеллигенция», то теперь точнее сказать — это 40-летние специалисты с высшим образованием.

На уход части молодежи с улиц могли повлиять следующие факторы:

1) Страх уголовного преследования и неприятностей с правоохранительными органами. Пример «узников 6 мая», безусловно, сыграл свою роль. Многие молодые люди предпочитают не рисковать, выходя на митинги. Гораздо безопаснее быть виртуальным участником оппозиции, поддерживая лидеров в социальных сетях.

2) Смена политической деятельности на общественное волонтерство, что может быть вызвано небывалым финансированием НКО и возможностью получать президентские гранты на благотворительную и социальную деятельность. Для молодых людей социальный активизм может восприниматься как достойная замена политике.

protest03

Доля лиц старших возрастов на митингах 2013 года несколько возросла, число пенсионеров изменилось с 12% до 14%. В целом толпа митингующих стала выглядеть взрослее и мрачнее.

protest04

Совокупный портрет оппозиционера на сегодняшний день выглядит так: мужчина старше 40 лет, с высшим образованием, занимающийся умственным трудом.

Динамика протестной активности — 2013

В 2016-м президентом США станет Хиллари Клинтон

Американский профессор Лихтман и его советский напарник, геофизик Кейлис-Борок ещё в 1980 году вывели универсальную формулу, позволяющую почти со 100-процентной точностью прогнозировать итог выборов президента США. За 32 года она не давала сбоя. Прогноз этой машины: в 2016-м президентом США станет Хиллари Клинтон.

В начале 1980-х годов американский историк профессор Алан Лихтман и российский геофизик Владимир Кейлис-Борок разработали прогностическую технологию, получившую название «13 ключей к Белому дому». Речь идёт о построении набора 13 дихотомических шкал, предназначенных для прогнозирования результатов общенационального голосования, в ходе которого выбирается президент США. Начиная с 1984 года в восьми президентских избирательных кампаниях все прогнозы, выполненные по этой процедуре, оказались правильными и достаточно точными.

О «13 ключах…» знают в основном специалисты, исследователи президентских избирательных кампаний, политические историки. Этот метод остаётся элементом академической науки.  Конечно, прогнозы Лихтмана размещаются в интернете, но они не стали предметом широкого обсуждения.

Принципиально иначе происходит освещение в прессе результатов опросов, проводимых ведущими полстерами, и электоральных прогнозов, делаемых на этой основе представителями разных групп специалистов. Практика публикации данных опросов избирателей в США начала складываться в первой половине XIX века, и сегодня в стране сложилась мощнейшая информационная индустрия, подробнейшим образом освещающая все аспекты избирательных кампаний разных уровней, и в первую очередь – президентских.

Возражая Сильверу (автору ещё одной прогностической схемы), Лихтман отметил, теоретической основой метода является допущение, согласно которому президентские выборы в основном определяются качеством деятельности партии власти. Это главный и первый сигнал в методологии прогнозирования. Предполагается, что американский электорат именно на этой основе выносит мотивированные, прагматичные электоральные решения, а не в результате манипулирования мнениями избирателей со стороны полстеров, журналистов и аналитиков. По мнению Лихтмана, исход президентских выборов определяет политика Белого дома, а не избирательная кампания.

Одним из главных героев избирательной кампании 2012 года стал молодой, но уже несколько лет называемый «гуру» аналитик и прогнозист электоральной динамики Нэйт Сильвер. Однако сейчас некоторые журналисты высказывают мнение, что Сильвер своими прогнозами во многом повлиял на ход выборов и определил победу Обамы. В феврале текущего года он заявил, что прекратит свою практику прогнозирования и не будет анализировать президентскую избирательную кампанию 2016 года, если поймет, что его прогнозы влияют на решение избирателей. Он не хотел бы воздействовать на течение процесса демократических выборов.

Но тут мы сталкиваемся со старой, насчитывающей много десятилетий проблемой, которая касается меры воздействия на общественное мнение результатов опросов, так называемого эффекта «бэнд вагон» («the bandwagon effect»). Речь идёт об особенностях массового сознания и массового поведения: люди с определённой вероятностью поступают так, как действует (стремится действовать) их референтная группа, часто – большинство. Некоторые журналисты полагают, что избиратели в последний момент присоединяются к лидирующему кандидату или к лидирующей партии.

Несмотря на то, что до очередных президентских выборов в США ещё больше трёх лет, прогнозисты уже строят их схемы.

Согласно серии недавних опросов полстерской компании Public Policy Polling, 59% потенциального демократического электората США готово в 2016 году отдать свои голоса Хиллари Клинтон, 26% – Джо Байдену. Есть и другие возможные кандидаты на пост президента от Демократической партии, но они пока не очень известны и популярны.

Среди республиканцев нет столь яркой и «раскрученной» политической фигуры, как Хиллари Клинтон. Пока списки основных обсуждаемых республиканских кандидатов возглавляют Марко Рубио (24%), Крис Кристи и Пол Райан (по 14-15%)

Возможно, что кандидатом на пост президента от Демократической партии станет именно Хиллари Клинтон. Учитывая то обстоятельство, что она 17 раз признавалась американцами самой влиятельной женщиной в мире (статистика ведётся с 1948 года; второе и третье места занимают Элеонора Рузвельт и Маргарет Тэтчер – 13 и 6 раз соответственно), возможно, Клинтон будет признана высокохаризматичным лидером.

Числовая машина»: исход выборов в США можно просчитать на 97,9%

1 2 3 4 5 6 59