Арктика и Высокий Север вновь стали ареной конкуренции и напряжённости между Россией и западными государствами. Москва энергично переключила внимание на Арктику; растущий интерес Китая, а также перспектива круглогодичной навигации в результате таяния морского льда дополнительно подпитывают этот интерес.
Значимость региона для НАТО возросла после вступления Финляндии и Швеции. Это создало для Альянса новые стратегические и оперативные вызовы, а также выдвинуло важные требования к военному потенциалу. Дополнительную обеспокоенность европейских членов НАТО вызывают сообщения о планах США сократить свои военно-морские и авиационные обязательства перед НАТО. Это напрямую затронуло бы силы, играющие важную роль в Арктике и на Высоком Севере.
Российские силы
Россия вновь открыла и модернизировала бывшие арктические базы времён холодной войны. Некоторые из её арктических сил были истощены из-за участия в войне России против Украины, однако её ядерные и военно-морские силы в регионе остаются практически нетронутыми, в том числе Северный флот — наиболее мощное военно-морское формирование страны (см. карту).
Основная часть российского потенциала стратегических ядерных сил второго удара, представленная атомными подводными лодками с баллистическими ракетами (ПЛАРБ), базируется на Кольском полуострове. Россия продолжает активно инвестировать в передовые подводные силы, такие как атомные подводные лодки с крылатыми ракетами классов «Ясень» и «Ясень-М», способные наносить дальние неядерные высокоточные удары по наземным целям. Более того, там же базируется основная часть специализированных глубоководных сил Главного управления глубоководных исследований (ГУГИ) России. Для НАТО силы и средства ГУГИ представляют особую угрозу для критической подводной инфраструктуры. Действительно, в апреле 2026 года Великобритания сообщила, что она и другие союзники по НАТО отслеживали скрытую операцию российских подводных лодок с участием ГУГИ в британских водах и вокруг них, берущую начало на Высоком Севере.
Арктика и Высокий Север также являются жизненно важным каналом для снабжения и усиления арктических, северных и балтийских членов НАТО. В 2019 году НАТО создало Объединённое командование вооружённых сил Норфолк (Joint Force Command Norfolk), сосредоточенное на трансатлантических морских коммуникациях; его двухгодичная серия учений Cold Response, проводимая с 2022 года с центром в Норвегии, выросла в масштабах и значении. Идёт дискуссия о том, стала бы Россия в военное время полностью оспаривать контроль над Атлантикой со своих арктических баз. Однако риск даже одной или двух российских атомных подводных лодок, вошедших в Атлантику, вызвал бы обеспокоенность командующих НАТО, не в последнюю очередь из-за угрозы для британских и французских ПЛАРБ.
Разрыв ГИУК и Медвежий разрыв
НАТО вновь уделяет внимание способности отслеживать и контролировать Гренландско-Исландско-Британский разрыв (ГИУК) — ключевые военно-морские ворота в Атлантику и из неё. Усиливается также акцент на необходимости наблюдения и действий в более северном Медвежьем разрыве (Bear Gap), между норвежским Нордкапом и южной оконечностью архипелага Свальбард, с учётом дальности современных высокоточных ударных ракет.
В рамках своей концепции «бастиона» в случае конфликта Россия стремилась бы контролировать ближние воды, в которых действуют стратегические подводные лодки её Северного флота и из которых она также могла бы наносить неядерные удары большой дальности. Существовал бы также внешний рубеж, на котором она стремилась бы затруднить военно-морские операции НАТО.
Ключевым элементом морской стратегии США 1980-х годов было продвижение к северу от разрыва ГИУК, чтобы «принять бой» с советскими силами на Кольском полуострове и вокруг него. Сегодня НАТО вновь стремилось бы действовать в этом регионе, чтобы держать под ударом критически важные российские возможности — либо как сдерживающий фактор, либо в реальном вооружённом противостоянии.
Формирующиеся союзные военно-морские конфигурации
Заявленные президентом США Дональдом Трампом планы в отношении Гренландии подорвали единство Альянса по вопросам Арктики и Высокого Севера. Однако европейские члены НАТО и Канада демонстрируют большую приверженность региону, в частности в рамках новой инициативы Arctic Sentry по улучшению координации деятельности Альянса.
Инициативы Канады, Финляндии и США по совместному строительству новых ледоколов призваны устранить один из пробелов в арктических возможностях. Россия располагает примерно 40 такими судами по сравнению с тремя у США. Последние оборонные планы Дании включают строительство пяти новых арктических патрульных кораблей.
Более важной является необходимость восстановления навыков, требуемых для действий в суровом и уникальном арктическом климате; это подтверждается недавним развёртыванием флагманского авианосца Великобритании HMS Prince of Wales на Высоком Севере.
Европейские члены НАТО и Канада также всё больше координируют свои планы развития потенциала для создания более эффективных и совместимых сил, необходимых для миссий в Арктике и на Высоком Севере. Канада, Норвегия и Великобритания приступили к крупным программам новых надводных боевых кораблей с акцентом на противолодочную войну на основе британского проекта фрегата Type 26. Канада выбрала для своего будущего подводного флота тот же проект, который в настоящее время закупают Германия и Норвегия.
В этом контексте европейским членам НАТО и Канаде потребуется повысить возможности разведки, наблюдения и рекогносцировки, а также боевые возможности. Региональные военно-морские силы НАТО также применяют всё более гибридный подход к составу будущего флота. Беспилотные воздушные, надводные и подводные аппараты будут всё больше дополнять традиционные платформы для наращивания численности и обеспечения постоянного присутствия. Это потребует новых и более надёжных систем, способных работать в арктических условиях, с учётом ограничений на сетевую и спутниковую связь и наблюдение в экстремальных северных широтах. Королевский военно-морской флот Великобритании одним из первых решительно принял гибридную концепцию будущего — переход от пилотируемых к беспилотным платформам; по словам главы ВМС Великобритании, «беспилотные — где только возможно; пилотируемые — только там, где необходимо». НАТО создало Task Force X-Arctic для изучения того, как сетевые беспилотные системы могут обеспечивать постоянную многодоменную ситуационную осведомлённость в Арктике, на Высоком Севере и в Северной Атлантике. Требования арктических операций — одни из самых сложных и в то же время самых неотложных для военно-морских сил и промышленности с точки зрения разработки новых технологических решений.
_______________________________________________________________
Легенда карты
Карта отображает военно-морской домен в Арктике, Высоком Севере и Северной Атлантике. На ней обозначены следующие ключевые элементы:
Морские разрывы и маршруты:
- Медвежий разрыв (Bear Gap) — между норвежским Нордкапом и южной оконечностью Свальбарда (обозначен пунктирной линией красного цвета).
- Гренландско-Исландско-Британский разрыв (ГИУК) — обозначен синими стрелками, показывающими направления морских путей между Гренландией, Исландией и Великобританией.
- Северный морской путь / Северо-Восточный проход — обозначен жёлтой линией вдоль северного побережья России.
Базы и штабы:
- Североморск — штаб Северного флота России (Кольский полуостров).
- Калининград — штаб Балтийского флота России.
- Нортвуд — штаб Объединённого морского командования НАТО (Великобритания).
- Фаслейн — база британских ПЛАРБ (Великобритания).
- Брест — база французских ПЛАРБ (Франция).
- Норфолк, Вирджиния — Объединённое командование вооружённых сил НАТО Норфолк (США).
Подводные кабели:
- На карте показаны выбранные подводные кабельные линии, проходящие через Северную Атлантику, в том числе соединяющие Северную Америку с Европой.
Географические объекты:
- Гренландия (Дания), Исландия, Норвегия, Швеция, Финляндия, Дания, Великобритания, Ирландия, Франция, Германия, Польша, страны Балтии, Россия.
- Баренцево море, Норвежское море, Северная Атлантика.
- Свальбард (Норвегия), Кольский полуостров, Северная Земля (Россия).
Государственные флаги на карте:
- Франция, Россия, Великобритания, США — обозначают принадлежность баз и зон ответственности.
Карта иллюстрирует ключевые морские пути, разрывы и базы, имеющие стратегическое значение для контроля над Северной Атлантикой и Арктикой, а также для защиты подводной инфраструктуры и обеспечения трансатлантических линий коммуникации.