X

НЕ НАДО ПУТАТЬ ЕВРОПУ С ПАЛЬЦЕМ

Пресс-конференция Сергея Лаврова и Пекки Хаависто,
Санкт-Петербург
(фрагмент)

Вопрос: Много шума наделало Ваше недавнее интервью, из которого следовало то, что Россия допускает возможность разрыва связей с Евросоюзом. Каким Вам видится такой разрыв и при каких условиях он мог бы произойти, то есть где «красная линия» Москвы?

С.В.Лавров: Это интервью состоялось 12 февраля, а Высокий представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Боррель приезжал к нам 5 февраля. По возвращению он сделал целый ряд заявлений о том, что Россия «не оправдала ожиданий, не смогла стать современной демократией и стремительно отдаляется от Европы». То есть это прозвучало так, будто Россия попросту безнадежна. И все это было за несколько дней до интервью. Поэтому в интервью у Соловьева, как я понимаю, и прозвучал вопрос о том, готовы ли мы к разрыву отношений с Евросоюзом, учитывая все произошедшее и эти характеристики. В принципе любому мало-мальски интересующемуся ситуацией в Европе человеку давно известно, что уже много лет, как происходит этот разрыв. Отношения последовательно разрывает Европейский союз.

Своего рода поворотным пунктом стал 2014 г. На Украине случился госпереворот, и Евросоюз показал свою беспомощность в отношении той договоренности, которая была достигнута прямо накануне госпереворота между властью и оппозицией. А ведь под ней поставили свои подписи ГерманияФранция и Польша. Оппозиция наплевала на эти подписи и на мнение Евросоюза, заключавшееся в необходимости выполнять эту договоренность. Именно тогда по-настоящему состоялось унижение Евросоюза. Дальнейшее развитие событий хорошо известно. Евросоюз по большому счету безучастно взирал на нападки, которым немедленно подверглись жители Крыма и Востока Украины со стороны пришедших к власти ультрарадикалов и неонацистов, и решил всю вину за происходящее свалить на Российскую Федерацию.

Евросоюз последовательно разрушил все без исключения механизмы, существовавшие на основе Соглашения о партнерстве и сотрудничестве, включая саммиты, проводившиеся дважды в год, ежегодные встречи Правительства Российской Федерации с еврокомиссарами и с Председателями Еврокомиссии, проекты по формированию 4 общих пространств, более 20 секторальных диалогов, да и практически все иные мало-мальски значимые контакты, и, конечно же, ежегодные заседания Совета партнерства и сотрудничества с участием Министра иностранных дел Российской Федерации и Высокого представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности. Эти заседания были призваны проводить полноценный обзор всех направлений взаимодействия России и ЕС. Все это, повторю, разрушено. И не нами.

Наши контакты с Евросоюзом как Организацией сейчас спорадические. Это отдельные вопросы без системного рассмотрения, например, ситуация с поставками углеводородов. И то Евросоюз в этих консультациях заинтересован, чтобы каким-то образом выгораживать безответственных украинских руководителей. Есть также обсуждения отдельных вопросов внешней политики. Уже много лет контакты между мной и Высокими представителями ЕС по иностранным делам и политике безопасности Боррелем и его предшественницей Могерини в основном посвящены не обзору всех отношений с Евросоюзом (потому что отношений почти не осталось), а «ситуационным» разговорам про Сириюиранскую ядерную программу или какую-то еще международную ситуацию.

Related Post

Мы встречаемся от случая к случаю в зависимости от каких-то интересов, прежде всего, Брюсселя. Мы не навязываемся, готовы рассматривать любые вопросы, но происходящие время от времени встречи еще не обязательно означают отношения. Готовы обсуждать эти проблемы в тех случаях, когда это отвечает интересам в т.ч. Российской Федерации. Взаимодействуем и по теме изменения климата, по окружающей среде. Об этом мы говорили с Высоким представителем ЕС по иностранным делам и политике безопасности Боррелем. Мы подтвердили, что если есть заинтересованность в сотрудничестве по этим вопросам в многосторонних форматах (потому что все они обсуждаются под эгидой ООН, это и Рамочная конвенция об изменении климата, и Парижское соглашение по климату, и другие), то мы, разумеется, готовы. Но это не часть отношений между Россией и Евросоюзом как таковыми, потому что каркас этих отношений был сознательно разрушен по инициативе Брюсселя.

Нельзя не учитывать попустительство Евросоюза по отношению к грубейшим нарушениям прав русскоязычных, русских, русского языка, культуры, тем нападкам на русский язык, на русскую культуру, которые мы наблюдаем в Прибалтике, на Украине и ряде других стран. Закрывают русскоязычные каналы, заводят уголовные дела против русскоязычных журналистов только за то, что они выполняют свою работу, сохраняется позорный феномен «безгражданства» на территории Евросоюза, а ЕС на это взирает без особого желания что-то изменять. Я думаю, происходит не отдаление России от Евросоюза, а отдаление самого Евросоюза от всего русского: языка, культуры, а значит и от Российской Федерации.

Мы обязаны быть готовыми к любому развитию событий, выбор за Евросоюзом. Если он решит, что все-таки отношения нужно восстанавливать и обратит вспять действия по их разрыву, то мы будем к этому тоже готовы. При этом у нас нет никаких проблем в отношениях с отдельными европейскими странами, я бы даже сказал с большинством европейских стран. Отношения России с Финляндией – очень хороший пример того, как они выстраиваются системно, с определением общих принципов, прежде всего, равноправия и взаимной выгоды, и как они переводятся на язык конкретных, интересующих обе стороны экономических, культурных и иных проектов.

Не надо путать Евросоюз с Европой. Мы никуда из Европы не уходим, у нас в Европе много друзей, единомышленников, мы с ними будем продолжать развивать взаимовыгодные отношения.

Я просто хочу сказать, что отношений нет, а торгово-экономические связи развиваются, хотя и не так быстро, как хотелось бы, прежде всего, из-за санкций, которые ввел Евросоюз. Все это доказывает только то, что жизнь идёт, и сознательный разрыв, подрыв и уничтожение всей системы наших отношений не сказывается на взаимной тяге людей и бизнеса. Здесь отношения с Евросоюзом никакого значения не имеют. Повторю еще раз: если Евросоюз будет готов восстанавливать именно то, что называется отношениями, то мы к этому тоже готовы.

Связанные записи