X

Как страны выбираются из кризиса

Сегодня много говорят о том, что США вступают в кризисную фазу. Как по характеру, так и по времени это вполне согласуется с тезисом, выдвинутым 23 года назад Уильямом Штраусом и Нилом Хоувом в книге «Четвертое превращение». Но сегодня мы поговорим о том, как страны наиболее успешно выходят из кризиса.

Нынешние трудности по большей части не экономические по природе. Да, были тревожные долгосрочные тенденции, такие как рост государственной и частной задолженности. Но в 2019 г. в целом всё шло к более дружелюбной к бизнесу налоговой системе (благодаря снижению налогов Трампом в 2017 г.), и Федеральная резервная система (ФРС), по крайней мере, предпринимала скромную попытку вернуться к «норме».

Но затем случилось непредвиденное. Как часто бывает, неэкономические неприятности вскоре привели к экономической политической реакции, которая, вероятно, окажется не слишком хорошей идеей. Я считаю, что волшебная формула – это низкие налоги и стабильные деньги. Стабильные деньги, более-менее хорошо державшиеся во время «золотого стандарта Йеллен», были серьезно скомпрометированы, когда гигантский дефицит и необходимость его финансировать стали новой нормой. Следствием стало движение к повышению налогов, не столько на федеральном уровне, где ожидается, что ФРС так или иначе облегчит дефицит, но определенно на уровне штатов, где новые повышения налогов на повестке дня.

Думаю, это может привести к естественному результату – катастрофе. По крайней мере, мы можем настолько приблизиться к катастрофе (как было в 1979-80 гг.), что серьезно изменим курс, чтобы ее избежать. И что потом?

Волшебной формулой хорошая экономическая политика не ограничивается. Но низкие налоги и стабильные деньги настолько важны, что если подойти к этому неправильно, то и с остальным ничего не получится, как ни старайся. Кроме того, если к этим факторам подойти правильно, то даже если многое другое будет сделано неверно, всё равно в итоге всё наладится. Если правильно понять волшебную формулу, то верно сделать остальное также будет значительно проще. Если же ее не понять, то всё остальное становится намного сложнее и часто осуществляется одна плохая политика за другой, что ведет к экономическому краху.

В 1949 г. Германия и Япония переживали гиперинфляцию. Война давно закончилась, и обе страны находились под иностранной военной оккупацией. Но в 1949 г., когда Китай стал коммунистическим (также посреди гиперинфляции), политика США изменилась в сторону строительства немецкой и японской экономики в попытке сдержать коммунистическую угрозу. Немцы и японцы также предпочитали этот план, так что имел место политический консенсус.

Гиперинфляция возникла из-за того, что оба правительства, разоренные и обнищавшие, финансировали свои потребности с помощью печатного станка. Первым шагом было сделать бюджетный дефицит и выпуск облигаций незаконным. Так уменьшилось бы давление на центральные банки, заставляющее их покупать правительственные облигации за вновь напечатанные деньги. («Современная денежная теория» существует уже давно). Запрет на выпуск облигаций действовал в Японии до 1965 г.! Следующим шагом было привязать немецкую марку и японскую иену к золотому стандарту в контексте глобальной Бреттон-Вудской системы, учрежденной в 1944 г. Паритетные курсы составляли 4.2 марки/доллар и 360 иен/доллар. Поскольку в Бреттон-Вудской системе доллар был привязан к золоту по курсу $35/унция, это означало 147 марок/унция и 12,600 иен/унция.

Затем в Германии и Японии последовало существенное снижение налоговых ставок. С низкими налогами и стабильными деньгами у Германии и Японии были лучшие экономические показатели среди ключевых стран в 1950-х и 1960-х. За 20 лет номинальный ВВП Японии вырос в 16 раз без каких-либо изменений стоимости иены. Невероятно.

Первая Французская республика потерпела крах и скатилась в гиперинфляцию, пока в 1799 г. не вмешался, чтобы навести порядок, генерал французской армии Наполеон Бонапарт. Опять же, республика прибегла к печатанию денег для оплаты счетов: пресловутых ассигнатовЭндрю Диксон Уайт прекрасно описал это в книге «Инфляция бумажных денег во Франции». Наполеон в 1800 г. вернул франк к золотому стандарту с паритетом 107.24 франка/унция. Так оставалось до 1914 г. Наполеон также упразднил долговые финансы (поскольку облигации готов был покупать только центральный банк), так что правительство работало исключительно на базе денежного потока. Франция, оказавшаяся в 1799 г. на мели, вскоре восстановилась и вернула себе свою естественную роль ключевой европейской державы.

Убийство Юлия Цезаря в 44 г. до н. э. ввергло Рим в политическую нестабильность и гражданскую войну. Пока враждующие клики боролись за власть, монеты понижались в качестве (старомодный способ «печатания денег» для финансирования правительства), а налоги поднимались, что в итоге выродилось в произвольные конфискации расчетливыми откупщиками и скитающимися по стране военными. После того как Цезарь Август победил своего соперника Марка Антония в битве при Акциуме в 31 г. до н. э., он принялся спасать Рим от экономического краха.

Related Post

Денежная реформа 23 г. до н. э. установила стоимость денария в золоте и серебре, продержавшуюся, не считая незначительного снижения, два следующих столетия. Правительство больше не финансировалось за счет чеканки монет всё большего и большего номинала, и также не было никакого рынка правительственного долга. Рим функционировал на основе денежного потока. Была проведена важная налоговая реформа, упразднившая многовековую коррупционную практику откупа налогов и создавшая новую систему очень низких налогов. (В рамках реализации этой новой налоговой системы в империи провели перепись населения, и как раз поэтому Иосиф с Марией были вынуждены прибыть в Вифлеем, чтобы зарегистрироваться).

Новая система Августа была федеральной по своему характеру. Рим обеспечивал военную защиту и внутренний правопорядок во всей империи. Финансировалось это за счет минимальных налогов: налога с продаж (1%), налога с наследства (5%), налога на рабов (4%) и налога на импорт (5%). Чтобы расходы Рима оставались низкими, Август в два раза сократил армию. За всё остальное отвечали местные правительства, вводившие свои налоги. В самом Риме налогов не было. Следствием такого успешного применения волшебной формулы стало два столетия экономического процветания в Риме. Августа до сих пор считают одним из лучших лидеров в западной истории. Именно в его честь назван месяц август.

Давайте подумаем, как это может быть применимо к США, скажем, через 5-10 лет. Подобно тому как войны и беспорядки привели к гиперинфляции континентального доллара в 1780-х, мы к тому времени тоже можем быть по горло сыты бумажными деньгами, финансированием посредством печатного станка и его самодовольными защитниками.

Первым шагом может быть запрет дефицитного финансирования и выпуска облигаций, что упразднит давление на ФРС (или тот кредитно-денежный орган, какой будет существовать к тому времени), заставляющее ее финансировать правительство с помощью печатного станка. (В недавней истории так было в случае соглашения ФРС и Казначейства США 1951 г.). Федеральному правительству США придется довольствоваться только текущим денежным потоком.

Будет трудно, но так как к тому времени, вероятно, будет царить полный бардак – как во Франции в 1799 г. и в Риме в 31 г. до н. э., – это можно осуществить посредством коренной реорганизации приоритетов федерального правительства. Я считаю, что лучшим путем для федерального правительства будет вернуться к тем своим полномочиям, что перечислены в Конституции, – в сущности, общей военной обороне, международной политике, правосудию (должным образом функционирующей судебной системе) и обеспечению спокойствия (подавлению беспорядков в стране). Всё остальное следует немедленно отменить, переведя ответственность на уровень штатов. Так удастся существенно снизить расходы. Всё вновь будет так, как в 1925 г. и в значительной степени как в 1960 г., до массового запуска федеральных социальных программ.

Подобно тому, что Август сделал в Риме, почти вся внутренняя политика должна, как следует из десятой поправки к Конституции США, быть делом штатов и местных правительств, которые должны взимать налоги и расходовать средства так, как считают нужным, согласно собственным конституциям, законодательствам и предпочтениям электората. Тогда федеральные налоги будут минимальными. Я предлагаю упразднить все существующие федеральные налоги в пользу простого, низкого, одинакового налога, такого как налог с национальных розничных продаж или НДС 10% (или меньше), без каких-либо других налогов с зарплат, доходов или капитала. (Подоходные налоги и все другие «дискриминационные» или неравные федеральные налоги следует запретить поправкой к Конституции).

Думаю, можно с уверенностью утверждать, что самыми успешными при такой программе будут штаты, обеспечивающие спокойствие, правосудие и разумное управление при низких налогах. Уже сейчас можно наблюдать это на примере того, как продуктивные классы бегут из штатов, где правят демократы, в такие гавани с низкими налогами, как Флорида, Техас или Невада.

Обо всех правительствах, не сумевших удачно выйти из кризисной фазы (как Рим в 260 г. н. э. или Испания после 1600 г.), можно написать большую книгу. У успешных же правительств есть кое-что общее: в сущности, волшебная формула. К сожалению, все это сегодня, пожалуй, не изменит общий ход событий. Зима неизбежна. Но через несколько лет эти знания могут оказаться решающим.

Как страны выбираются из кризиса

Связанные записи