X

Английское проникновение в Иран

«Он знал, что политика сохранения независимости и целостности Персии и Афганистана была всего лишь средством для достижения основной цели; но это средство, возможно, вызвало бы у нас искушение взять на себя ответственность, которую мы не смогли бы нести, или возбудить надежды, которые мы не смогли бы оправдать». Так писал Гарольд Никольсон о своем отце сэре Артуре Никольсоне в связи с его переговорами с Извольским о заключении англо-русского соглашения 1907 г.

История и география отвели выдающуюся роль той части земного шара, которая называется теперь Средним Востоком. Великая цивилизация зарождалась вдоль его торговых путей и рек. Однако более 600 лет, с XIII века до начала XIX века, Средний Восток находился в состоянии некоторого застоя. Над ним господствовала Оттоманская империя, посылавшая своих чиновников и сборщиков налогов повсюду, кроме Ирана. Но, как говорит сэр Роналд Сторс, «араб никогда не умирает, он только спит».

Поскольку Иран находился в близком соседстве с Индией, к концу XVI столетия Великобритания, естественно, начала проявлять к нему большой интерес. Полные энергии и предприимчивости, характерной для Англии елизаветинской эпохи, торговцы британской Ост-Индской компании (основанной в 1600 г.) видели в Иране выгодного покупателя товаров, которые они не могли сбыть в Индии. Когда англичане впервые появились в Персидском заливе, они были радушно приняты правившим тогда шахом, питавшим надежду, что они окажут ему поддержку в его взаимоотношениях с турками и португальцами. Шах был недоволен турками за то, что они налагали очень высокие пошлины на персидский шелк, и надеялся наладить торговлю при посредстве Ост-Индской компании путем вывоза товара через залив.

Португальцы, будучи в то время торговыми конкурентами Британии во многих пунктах, были наголову разбиты при Иеске в 1620 г., после того как их морские силы дважды потерпели поражение в индийских водах: в 1612 и 1614 гг. Хотя затем, в 1623 г., появились на сцену голландцы, а позднее — французские коммерсанты, влияние Британии в Иране преобладало, и впоследствии она заняла там господствующее положение. К 1763 г. ее торговцы и агенты превратили Бушир во второй по значению торговый пункт и основали там первое губернаторство Англии. В начале XIX века, после гибельных для них поражений в Европе и Азии, голландцы были вынуждены убраться, и, таким образом, единственным сильным государством, остававшимся в Иране, была Великобритания. К этому времени, однако, англичане стали серьезно опасаться, как бы какая-либо другая страна не воспользовалась Персидским заливом как отправной точкой и не стала бы угрожать владычеству англичан в Индийском океане и их привилегиям в самой Индии.

Опираясь на англо-иранский военный договор, заключенный в 1814 г. с целью противодействия России, Великобритания расширяла и закрепляла сферу своего влияния вдоль всего побережья Персидского залива путем дипломатических и торговых соглашений с правящими шейхами. Она построила две морские базы и заключила перемирие с пиратами, которые издавна препятствовали ее торговле и угрожали ее безопасности в этом районе. Заняв твердые позиции в Персидском заливе, она завоевала себе «особое положение» в его водах и вдоль всего побережья.

С развитием судоходства и открытием Суэцкого канала (1869 г.) привилегированное положение на всем Аравийском полуострове стало для Британии жизненной необходимостью. Памятуя о стратегической связи Персидского залива с Индией, лорд Ленсдаун, министр иностранных дел, стяжавший громкую известность в 1916 г. вследствие того, что выдвинул предложение о соглашении с Германией, в начале XX века заявил в палате лордов: «Я твердо убежден, что мы должны рассматривать создание какой-либо другой державой укрепленного порта в Персидском заливе как серьезную угрозу британским интересам и обязаны, конечно, сопротивляться этому всеми имеющимися в нашем распоряжении средствами». В 1903 г. лорд Керзон, тогдашний вице-король Индии, появился в заливе во главе индийского флота для того, чтобы подчеркнуть значение этой декларации.

Великобритания стала бесспорным хозяином Персидского залива и, вместе с царской Россией, фактическим правителем Ирана. Но только после того, как стало ясно, что морские пути к Индийскому океану должны будут охраняться флотом, который снабжается нефтью Среднего Востока, территории, лежащие между Средиземным морем, Красным морем, Ираном и Персидским заливом, приобрели для Британской империи жизненно важное значение.

В начале XX столетия на сцену выступила нефть. В скалистых горах вблизи побережья Персидского залива, где Великобритания силой добилась привилегированного положения, австралиец Уильям Нокс д'Арси обнаружил нефть и вступил в переговоры с иранским шахом о получении концессии. У шаха Мозаффер-эд-Дина было много слабостей, но мало денег.

Related Post

Мозафереддин-шах Каджар

Еще в 1889 г. британский капитал прибрал к рукам иранский Национальный банк, а в 1898 г. таможня перешла в руки бельгийского капитала в результате предоставления займа лично шаху. Поэтому было нетрудно получить от шаха согласие на новую концессию.

При помощи барона де Рейтера, который владел значительной частью железных дорог, и иранца по фамилии Китабки шаха убедили отказаться от своих прав. Поторговавшись, он согласился за незначительную сумму в 40 тыс. фунтов стерлингов и за предоставление ему лично 16% будущих доходов уступить на 60 лет запасы нефти во всей своей стране, за исключением территории пяти северных провинций. Это было в мае 1901 г. Когда через два года д'Арси организовал «Ферст эксплоатэйшн компани» с капиталом в 600 тыс. фунтов и компанию «Бахтиари ойл компани», возникла необходимость внести небольшое, но очень важное изменение в условия концессии.

Сделка между д'Арси и правителем Ирана заинтересовала независимых князьков. Для того чтобы эти недовольные господа не мешали изысканиям, бурению, хранению и транспортировке нефти, их необходимо было умиротворить. Их «добрая воля» была куплена почти без всяких дополнительных затрат, и компания даже получила от этого выгоду. Вместо немедленного платежа в размере 40 тыс. фунтов, стерлингов шах должен был удовлетвориться акциями стоимостью в 20 тыс. фунтов и разрешить передать акции в размере 30 тыс. фунтов представителям знати, чтобы удовлетворить их требования.

По условиям, выработанным д'Арси, местные держатели акций могли рассчитывать: а) на выплату дивидендов только после того, как скважины начнут давать продукцию, приносящую доход, и б) на получение установленных процентов при условии успешного развития добычи нефти. Нужно было, конечно, сделать специальные уступки южным племенам, на чьей территории находились многообещающие залежи нефти. Поэтому ханам из племени бахтиаров предложили «участвовать» в акционерном обществе и обещали 3% дивидендов от всех будущих доходов. С тех пор районы нефтедобычи с вышками, нефтепроводами, нефтенасосными станциями превратились для бахтиаров в настоящую святыню, которую они охраняли днем и ночью.

Уже через десять лет стало ясно, что д'Арси очень ловко поживился за счет продажности и невежества восточного деспота. Правда, вначале геологи, посланные для того чтобы начать разведывательные работы в районе Шияхсурка, на несколько миль севернее Ханекина, вблизи ирано-турецкой границы, вернулись с плачевными результатами. Поиски нефти в районе Шардина и Маматана привели к еще худшим результатам. Но, наконец, 28 июня 1908 г. забил большой фонтан нефти в районе Майдан-и-Нафтун, который затем стал одним из главных нефтяных районов Ирана и дал уже больше 190 млн. тонн нефти.

Этот успех был достигнут как нельзя более вовремя. Традиционное соперничество между Россией и Великобританией за господство над Ираном было урегулировано в результате заключения соглашения, которое имело известное значение. Это случилось не только потому, что царь потерпел поражение в русско-японской войне и был напуган революцией 1905 г., но и потому, что Великобритания искала на Среднем Востоке союзника, чтобы противостоять далеко идущим империалистическим планам Германии. Поэтому были созданы практические условия и подходящая атмосфера для осуществления окончательного раздела Ирана между Великобританией и Россией. Северная его часть вошла в сферу влияния России, южная — в сферу влияния Великобритании. Между этими двумя зонами была оставлена нейтральная полоса. Каждая из договаривающихся сторон согласилась не добиваться концессий в районах, находящихся под протекторатом другой стороны. Эта анатомическая операция была произведена, конечно, без ведома и согласия Ирана.

Такова была обстановка, когда д'Арси организовал известную Англо-персидскую нефтяную компанию, поглотившую как «Ферст эксплоатэйшн компани», так и «Бахтиари ойл компани». В 1909 г. бахтиарские ханы, имевшие капиталовложения в нефтяной промышленности, чрезвычайно угодили англичанам, и в особенности Англоперсидской нефтяной компании, добившись отречения шаха, который за год до этого пытался совершить государственный переворот при помощи русских. К тому времени уже представилась возможность добычи нефти в промышленном масштабе в районе Майдан-и-Нафтуна, и лорд Страткона, участвовавший в компании «Бирма ойл», купил акции д'Арси за довольно крупную сумму. Нефть стали добывать в больших количествах, и к 1912 г. она подавалась по 230-километровому нефтепроводу на нефтеперегонный завод в Абадане, находящемся в северо-западной части Персидского залива.

Майкл Брукса, «Нефть и внешняя политика»

Связанные записи