Франция в состоянии войны

Франция, всё ещё приходящая в себя от побоища, произошедшего на улицах Парижа в пятницу, провела во вторник сотни полицейских рейдов после 160 таких же операций в понедельник, что привело к обнаружению большого количества оружия, включая гранатомёт, автомат Калашникова и бронежилет.

Французские власти всё ещё не знают, сколько человек участвовало в нападениях и при том, что подозреваемый «разработчик» Абдельхамид Абаауд недосягаем, в Сирии, полиция пытается найти Салаха Абдесалама, который якобы помогал с логистикой и арендовал чёрный Фольксваген Поло, использованный теми, кто штурмовал концертный зал Батаклан.

Конечно, рейды – просто безумная попытка отследить и нейтрализовать всё и вся до того, как случится что-то ещё. Как сказал премьер-министр Мануэль Вальс на радио France Inter, «мы не знаем, есть ли соучастники в Бельгии и Франции... мы всё ещё не знаем количество людей, принимавших участие в нападениях».

Read More

Операция под чужим флагом: паспорт, «найденный» рядом с террористом-смертником, был «явной фальшивкой»

Вчера, когда мы объясняли, как разворачивались события во Франции в течение 48 часов, – как мы предсказывали два месяца назад (по иронии судьбы пост наш появился 11 сентября 2015 года) – мы комментировали странно неожиданную находку неповреждённого сирийского паспорта рядом с телом одного из террористов-смертников; Греция заявила, что паспорт принадлежал сирийскому беженцу, въехавшему в страну через Лерос 3 октября, откуда он далее проследовал в Париж.

map-athens-to-france

В частности, мы говорили: «признаём, что мы не специалисты, чтобы разобраться в деталях, или даже в основном, о тех «взрывах смертников-террористов 101», но неужели брать паспорт с собой, когда событие станет для тебя последним, настолько необходимо, особенно когда этот паспорт представляет собой такую явную, неопровержимую улику?»

Следующая картинка лучше всего передаёт идиотизм любого, кто на самом деле верит в то, что смертник-террорист возьмёт настоящий паспорт, когда идёт на последний в своей жизни шаг.

Вскоре после этого пришёл черёд Сербии присоединиться к негодяю «сирийскому беженцу», когда сербская газета Блик опубликовала фото якобы сирийского паспорта, принадлежавшего 25-летнему Ахмеду Алмохамеду, заявив, что он въехал в страну 7 октября, через 4 дня после прибытия на Лерос, стремясь получить статус беженца в Сербии.

passport

Затем греческая газета Protothema сообщила, что он путешествовал вдвоём с ещё одним мужчиной, Мохаммедом Альмухамедом, и опубликовала фото якобы их документов.  The Guardian предложила следующую карту передвижений Ахмеда по Европе:

passage

А несколько часов назад история сделала ещё более сюрреалистический разворот, когда мы узнали, что – по данным и французских, и американских источников – паспорт был «явной подделкой».

Read More

Путин и глобальная проекция русской силы

Решил вот размять пальцы и рассмотреть невоенный аспект появления контингента русских войск в Сирии. Давайте немного отслюним календарь назад.

Народ России примерно с середины 2013 года воспринимает Путина исключительно как военного вождя. Не как экономиста, не как юриста, не как чекиста, а именно как Верховного Главнокомандующего. Сам Путин охотно и органично в эту роль вписался и публично демонстрирует своё благодушное отношение к фото- и телесессиям military-style.

Для страны, где каждый нищий в метро выбирает спизженный камуфляж в качестве рабочей одежды, и соответствующая экипировка имеется у любого мало-мальски уважающего себя самостоятельного мужика, это идеальный визуальный образ.

Ну, и не надо забывать, что даже на уровне анекдотов, в бытовой жизни, граждане России всё больше исходят из констатации «ну, так это, наелись мы колбасы». Граждане России не забыли, что Красная Армия всех сильней и «мы прошли с тобой полсвета, если надо – повторим».

Надо сказать, что для реанимации и дальнейшего поддержания высочайшего и совершенно добровольного уровня мобилизационной готовности российского общества большие усилия приложили сопредельные страны. Балтия, Украина, Беларусь, в известном смысле, и, натурально, бывшие союзники по Варшавскому договору – Польша, Чехия, Болгария, Румыния.

С усердием, достойным лучшего применения, вожди этих восточноевропейских республик не жалели политических усилий, направленных на то, чтобы у большого количества граждан России возникло желание хорошенько встряхнуть за шкирку «мир спасённый, мир вечный, мир живой». Не по злобЕ, конечно. А просто за то, что этот восточноевропейский мир начал жидко, но обильно срать на могилы Серёжки с Малой Бронной и Витьки с Моховой.

То есть, согласно доминирующему сейчас общественному мнению, России открыто стали выказывать неуважение. А в пацанской и живущей по понятиям Великой России уважение – это валюта покрепче доллара. И я даже не знаю, как назвать людей, рассчитывавших, что Россия не потребует уважения снова. А, знаю! Дебилы, блядь!

Разумеется, Путин, как давно чаемый русский национальный лидер планетарного масштаба, эти тенденции просёк.

Не, ну а вы бы не просекли? Маечки, трусики, ленточки, «деду за Победу», пацанские базары за интернациональный долг, дни ВДВ, ВМФ, пограничников – они вам ничего не подсказывали? Ну, так, интуитивненько? Разумеется, подсказывали. То есть накал патриотизма всё повышался, а патриотизма без апеллирования к военной славе и успехам не бывает. Не зря же военно-патриотическое воспитание называется сначала военным, а потом уж патриотическим.

В общем, Россия уже в 2013 году ментально и физически была готова вломить кому-нибудь пизды. Поначалу казалось, что вот тут-то как раз очень вовремя подвернулась Украина со своей хунтой.

Появление России на Чёрном море было полностью в духе екатерининских орлов: #Крымнаш, вежливые люди, зелёные человечки, бегство украинской армии без единого выстрела.

Потом восстал Донбасс, пошли гуманитарные конвои, добровольцы, Военторг, и котлы, котлы, котлы… Но тут оказалось, что Путин Украину пожалел.

Я не знаю, почему. Может, никогда и не узнаю. Могу предположить, что он, как ни банально, не захотел убивать блудного сына, которого ещё можно будет принять и простить.

Нельзя сказать, что русское общество безоговорочно поняло и приняло позицию Путина. #Путинслил – всё ещё довольно частый хэштег в Рунете. Да и Украина подвела, прямо скажем. Украина уже два года, исходя соплями и слюнями, решает: «плакать или драться?»

В общем, у страны России и её граждан осталось тяжёлое чувство лёгкой недосказанности. Так мы будем снимать кино или не будем снимать кино? Этот вопрос нельзя было оставить без ответа или отмахнуться от него, швырнув обществу натёртый тракторными гусеницами пресловутый пармезан. Накопленную силу и военно-патриотический настрой требовалось быстро и точечно спроецировать вовне.

Ничто так не повышает авторитет страны в мире, как её способность осуществлять проекции силы в глобальном масштабе. И Путин просто оседлал чётко структурированный и сложившийся тренд, посадив позади Обаму (для картинки).

Сирия, с её затянувшейся гражданской войной и чётко обозначенным противником - ИГИЛ/ISIS, понятным даже общественному мнению Запада, пришлась как нельзя кстати.

И боевые эскадрильи путинских соколов поднялись в воздух.

Ну, как-то так, девушки.

P.S. Про путинских соколов не я придумал. Это сейчас практически официальный термин СМИ России.

О врагах трудящихся Белоруссии

Из выступления прокурора БССР С.Я. Новика на Всесоюзном совещании прокуроров союзных и автономных республик, краев и областей. 22 мая 1938 г.

Вчера т. Вышинский в своем докладе вскрыл все недостатки, которые имели и, к сожалению, продолжают иметь место в нашей прокурорской работе, и вместе с тем т. Вышинский наметил конкретные пути по исправлению этих недостатков. Я хочу в пределах своего регламента рассказать совещанию, как мы ликвидировали последствия вредительства в системе прокуратуры БССР. Известно, что в прокуратуре БССР долгие годы орудовали враги народа, как-то: Шарангович, Удрис, Кузьмин и др. Эти враги народа путем массовых репрессий старались вызвать недовольство против Советской власти, и основная тактика этих врагов заключалась в том, чтобы путем массовых репрессий, главным образом, колхозного и деревенского актива вызвать недовольство против Советской власти. Одновременно эти враги вели такую тактику, чтобы не разоблачать врагов, которые самым грубым образом нарушали социалистическую законность и даже после известного Лепельского дела, враги народа, которые долгие годы орудовали в системе руководства БССР и никаких мер не принимали для того, чтобы вскрыть все преступления, которые были у нас в Белоруссии.

После обновления руководства мы взялись за ликвидацию последствий вредительства. В соответствии с приказом Прокурора Союза ССР и НКЮ СССР мы пересмотрели все дела, связанные с осуждением колхозного и деревенского актива. Я позволю себе привести некоторые цифры, и эти цифры ярко покажут то, что в результате вражеской работы, которая была проделана в БССР, немало принесено вреда трудящимся БССР.

Из просмотренных таких дел примерно 60 970 дел, приговоры по которым мы сейчас отменили, вовсе прекратили в отношении 5465 дел, т.е. 8,9%; приговоры изменены в отношении 3,5%, возбуждено ходатайством перед ЦИКом БССР о снятии судимости в отношении 60% осужденных, из этого количества отменены и дела отправлены на доследование — 1%. Таким образом, вы видите, товарищи, что из этого количества, которое я привожу, здесь всего только правильно осужденных было 27%, остальные 63% пострадали совершенно невинные люди, которые были осуждены, и здесь, несомненно, враги очень много натворили трудящимся Советской Белоруссии.

Можно было бы привести целый ряд примеров, которые показывают, что судили совершенно невинных людей. Я, к сожалению, не в состоянии, в силу того, что ограничен регламентом, этого сделать, но, во всяком случае, сейчас мы провели значительную работу в области пересмотра всех этих дел, которые были вредительски рассмотрены.

Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы Том 5. 1937—1939. Книга 2. 1938 – 1939. Москва РОССПЭН 2006.

GEAB№79: Интернационализация юаня, открытие Саудовской Аравии, обрушение ЕС и три последних столпа доллара

На западном фронте без перемен

Рынки могут расслабиться, ведь Джанет Йеллен, которая в январе придёт в ФРС на смену Бену Бернанке, намекнула, что хочет продолжить программу валютного стимулирования своего предшественника (QE3). Вместе с тем, выбор у неё небогатый, применительно к той иллюзии, что США всё ещё стоят прямо, поддерживаемые этой программой, которая искусственно стимулирует рынок недвижимости и финансовые рынки, а также поддерживает расходы по финансированию долга американского правительства на низком уровне.

Но сами рынки эту новость празднуют. Другие страны же хотят знать, когда закончатся пузыри, экспортируемые ФРС; как они закончатся; и как отучить США от QE, а если они недостаточно ещё отсоединились от США – каковы будут последствия для них. Гражданское общество уже знает, что «пользы» от QE так и не увидит, как если бы рынки поглощали по одному «Новому курсу» ежегодно, а положительный эффект от этого самим населением не ощущался. А реальную экономику интересует, когда процентные ставки вернутся к нормальной величине, чтобы инвесторы имели стимулы финансировать реальные проекты с ненулевыми доходами.

Что касается ФРС, здесь без перемен. Также без перемен, когда речь заходит о накапливающихся и усугубляющихся проблемах страны. В мейнстрим-прессе слышно о голоде, об устойчивом повышении в последние два года уровня преступности, взрывном росте употребления наркотиков, и о том, что несмотря на сокращения бюджета, вынуждающие тюрьмы освобождать заключённых, заключённых в США больше, чем инженеров или учителей средних школ (см. диаграмму ниже). Несмотря на ободряющие данные официальной статистики, массовая безработица сохраняется, инфраструктура приносится в жертву, научные исследования испытывают нехватку надлежащего финансирования и т.п. 

6053926-9032345(rus)

Количество заключённых, инженеров, младшего медицинского персонала, учителей средних школ и др. в США. Источник: Huffington Post.

НЕВОЗМОЖНОЕ ВОССТАНОВЛЕНИЕ В США

Проблемы США не могут быть разрешены в рамках существующей в стране системы ввиду следующей дилеммы: если экономика восстановится, ФРС прекратит свою программу поддержки, но рынки охватит паника, как было видно ещё в сентябре, что положит конец выздоровлению…

В более широком смысле, если на глаза покажется хоть капелька роста в США, горы долларов, напечатанных ФРС и вывезенных в развивающиеся страны, вернутся, чтобы воспользоваться неожиданной удачей, что повлечёт за собой высокую инфляцию и уничтожит восстановление в зародыше. Эти «колебательные движения» между надеждой и отчаянием будут продолжаться до тех пор, пока кризису не будут противопоставлены инструменты «мира после», либо пока столкновение не приведёт к катастрофе. Потому что экономику спасёт не QE, поскольку лучшее его достижение – это подобие искусственной жизни, которая поддерживает существование зомби-экономики и раздутых пузырей активов.

ЕВРОПА МЕРТВА, ДА ЗДРАВСТВУЕТ ЕВРОПА

Решение конфликтов, торговля, финансы… мы видим расширяющееся расхождение взглядов с Западом. Тем не менее, не исключено, что имея перед собой образ нового Великого шёлкового пути, соединяющего Азию и Европу, последняя сможет зашагать в ногу с остальным миром. Это зависит от её способности порвать свои узы с США после выборов 2014 года, которые послужат катализатором этого процесса.

Усиление крайне правых и евроскептических партий, дефицит демократии, власть лоббистов и слабость граждан, централизация в Брюсселе, бюрократия и технократия… – Европейский Союз умирает. Как считает наша команда, нынешняя система сгорит от выборов 2014 года, что запустит процесс реполитизации Евросоюза, который инициирует важную дискуссию о будущем Европы. Эти вопросы уже начали ставить, возьмём к примеру «зелёных», которые сформировали круг единых кандидатов на всей территории ЕС, тем самым начав «реальный» европейский выборный процесс, или социалистические партии, продвигающие Мартина Шульца в качестве серьёзного кандидата на должность председателя Еврокомиссии.

Но ЕЛПП/Е2020 считает, что эта реорганизация, в случае своей успешности, займёт много времени, а реальным крайним сроком возникновения демократического Евросоюза будет 2019 год.

Умирающий Европейский Союз – это Европа, заряженная и проникнутая интересами США. Это Европа, сведённая к обширному общему рынку, который постоянно расширяется. Это Европа, которая сдаётся «Монсанто», воздерживаясь от вмешательства в деятельность американских ТНК. Марионетка англосаксонской политики, этот третий американский костыль, разваливается. Но решения, диктуемые американским кузеном, становятся затратными и непопулярными. Ещё один пример – это вступление Турции в ЕС, проталкиваемое в соответствии с американскими планами, а не желаниями европейских или турецких граждан. Уже сталкивающееся с трудностями, оно будет постоянно отвергаться после того, как в 2014 году крайне правые обложат Европейский парламент.

Но континент не будет ждать 2019 года, чтобы реорганизоваться. Кроме того, остаются вопросы относительно формы, которую примет Европа. Тем временем, у Евроленда есть возможности для построения политического проекта, который заполнит пустоту, оставленную ЕС.

GEAB№79: Интернационализация юаня, открытие Саудовской Аравии, обрушение ЕС и три последних столпа доллара

 

Тоталитаризм и политическая религия в определении фашизма

«Важнейшим элементом […]идеологии фашизма было утверждение примата политического действия, т.е. тоталитаризма как полного растворения частного в общественном, субординации связанных с частной жизнью ценностей (религии, культуры, морали, личных привязанностей и т.д. ) в публичной сфере par excellence. Таким образом, это политика, на данный момент понимаемая как форма активизма, ставящего на приложение грубой силы, а также как тяжба конфликтующих сил, для которых единственный судья — успех. Неизменным ядром фашистской идеологии являлась — и это последствие тоталитарности — концепция государства как осуществления воли к власти активистского меньшинства, стремящегося к реализации подобного мифа и собственной idée-force. “Новый человек”, о котором грезили фашисты, должен был стать порождением класса современных Платонов, желавших построить органическое и динамичное государство и считавших политику абсолютной ценностью, целью в себе. В этом отношении идеология итальянского фашизма была наиболее полным обоснованием (rationalization) тоталитарного государства (в особенности если трактовать его в терминах идеализма Джентиле), понимаемого как общество, организованное иерархически и подчиняющееся политической аристократии, легитимность правления которой основана лишь на борьбе и непрерывности ее деятельности. Фашизм был прежде всего идеологией государства — реальности, утверждаемой в его концепции в качестве фундаментальной и тотальной (totalitarian). Таким образом, он представлял собой антитезис коммунистической идеологии, которая является идеологией общества, стремясь к созданию сообщества свободных и равных людей, не имеющего классовых различий и не иерархизированного государственной властью».

В этой же статье в общих чертах изложена интерпретация фашизма как политической религии, рассматриваемой в качестве логического следствия тоталитарного мировоззрения:

«Фашистское мировоззрение породило фашистский подход к ведению политики, организации общественной жизни и в целом к постановке задач не на основании логики и убеждения, а посредством обращения к инстинкту, вере, чувству и воображению, к магнетической притягательности лидера. Фашистская группа представлялась как связанная узами веры. Будучи прежде всего верующим и борцом, фашист не выбирал и не обсуждал учение. Фашизм возник как уход от всего того, что наполняло общественную жизнь содержанием и служило ее мерилом, лишая ее тем самым романтического, мистического, героического и авантюрного измерений. Героизм, дух жертвенности, массовые ритуалы, культ мучеников, идеалы войны и спорта, фанатичная преданность вождю — все это характерные черты фашистского коллективного поведения».

На основе этой эмоциональной и экстремистской концепции я заключил, что фашизму свойственно «подчинительное по существу поведение по отношению к политике… эстетическая концепция политической жизни», проявившаяся в «трансформации политики в зрелище»:

«Отрицая материализм, полагавшийся ключевой чертой как капитализма, так и коммунизма, фашизм превозносил духовные ценности. Материализм обеих этих идеологий обеднял индивида, подчиняя его бюрократической рутине, низводя его до уровня рабочего на службе производства и станка. Воспитанный в соответствии с основанной на материальных ценностях и безразличии к политической и общественной жизни моралью среднего класса человек попадал в ловушку собственного эгоизма; он был деморализован унизительной коллективистской системой труда и задыхался в анонимности урбанизации. Фашизм же, напротив, позиционировал себя как политическое движение, возвращающее общественной жизни цвет и радость. Жизнь гражданина тоталитарного государства есть бесконечный спектакль. Фашистского “нового человека” увлекает поток упорядоченного коллективного существования: воспроизведение ритуалов, демонстрация и почитание символов, постоянные призывы к коллективной солидарности, вплоть до (по крайней мере, в кульминационные моменты) мистического слияния личности в психологическом и эмоциональном экстазе с единым целым нации и расы через магическое посредничество Лидера. Хотя некоторые из этих аспектов можно обнаружить и в других тоталитарных режимах, именно в фашизме они превозносились как идеал общественной жизни и послужили важным фактором его успеха. Единодушие масс, по сути, было основано на этих ритуалах…»

Итогом моих размышлений стала общая оценка значения фашизма в современной истории — в частности, как современного опыта массовой политики:

«Основанная на иррационализме политическая система практически неизбежно сводит участие в политической жизни — как индивида, так и коллектива — к массовому зрелищу. Пренебрежение рациональным идеализмом, способностью постигать реальность логически и потребностью человека в аргументированности, понимании низводит его до уровня клеточного элемента толпы. Как элемент толпы человек оказывается легко управляем не через обращение к рациональному, а посредством инструментов психологического манипулирования и нравственного насилия через манипуляцию сознанием, что сводит его жизнь к чистейшей поверхностности. Возбуждение фантазии и воображения, подстегивание групповых предрассудков, страхов, фрустраций, маний величия и комплексов неполноценности — все эти средства служат разрушению способности индивида делать сознательный выбор и мыслить критически. Символы, ритуалы, массовые церемонии, а равно и мифологизация общественной повседневности (“битва за зерно”) становятся единственным доступным для народных масс способом участия в политике — в качестве зрителей драмы, разыгрывающейся с их участием и над ними».

Эта интерпретация фашизма, изначально основанная только на идеологическом и культурном измерениях данного явления, далее была развиваема с учетом его организационных и институциональных аспектов. Я детально изучал историю фашистских партий и режимов, чтобы установить, каким образом, при помощи чего и с какими целями фашисты проводили в жизнь свою тоталитарную концепцию политики.

Фашизм, тоталитаризм и политическая религия

Почему я никогда, никогда больше не вернусь в Соединённые Штаты

Меня обругали на китайской границе. В Дубае мой паспорт более часа изучали три женщины в парандже, а мой чемодан был полностью распотрошён. На Филиппинах  мне пришлось дать взятку, чтобы продлить визу на несколько дней. Пересечение границ может быть нелёгким делом, особенно в странах, известных разгулом коррупции.

Но никогда более я не вернусь в США.

(Отрывок из статьи Нильса Джерсона Ломана (Niels Gerson Lohman), которую непременно следует прочесть)

Недавно один из моих лучших друзей по колледжу пережил большие неприятности на канадской границе. Он сказал, что хотел бы рассказать об этом и разрешил мне разместить рассказ на этом сайте, так что надеюсь получить его в скором будущем. Тем временем прочтите историю голландского писателя, художника и музыканта Нильса Джерсона Ломана, который после этого ужасного случая поклялся никогда не возвращаться в Соединённые Штаты. Это крайне смущает и очень напоминает мне один из самых популярных постов на этом сайте, «Почему я покидаю Америку» Майкла Филдинга (Michael Fielding).

Газета Huffington Post:

После года путешествий я запланировал последнюю короткую поездку. Я собирался съездить  на поезде из Монреаля в Новый Орлеан. В своих прежних поездках этого года я побывал в местах, где происходит действие моего второго романа.

Но эта поездка была связана с моим отцом. Он был музыкантом, играл на трубе, и любил Новый Орлеан. Он умер год назад. У меня было ощущение первой осмысленной поездки этого года. Я стремился забыть о его последних часах на смертном одре. Он тяжело болел в течение 15 лет, и его организм просто не хотел сдаваться. Это было жестокое зрелище. Я решил, что поездка в Новый Орлеан положит конец этим воспоминаниям.

По поезду проходил таможенник, задавая каждому несколько вопросов. Откуда приехали, куда направляетесь. Всё как обычно. Всем, не являющимся гражданами США или Канады, было предложено пройти в вагон-ресторан для заполнения формы.

Мой роман был ещё не окончен, но паспорт был уже полон. Заполнен красивыми штампами. Ему не понравились штампы.

Сначала таможенник увидел штамп Шри-Ланки. Он поднял брови:

— Что вы делали в Шри Ланке?

— Занимался серфингом. Путешествовал. Там живёт мой лучший друг. Он архитектор.

Таможенник перевернул страницу, по-видимому, удовлетворённый. Затем он обнаружил штампы Сингапура и Малайзии. «Что вы там делали? Сингапур и Малайзия? Это исламские страны?»

Глядя поверх меня, он взглядом спрашивал подтверждения у своего коллеги.

— Малайзия, думаю, да. Но не Сингапур. Это плавильный котёл. Очень футуристический город. Везде кондиционеры. В Сингапуре я был в основном ради еды, честно говоря.

— Ну конечно.

— Простите?

— Нет, ничего. А что насчёт Малайзии?

Я объяснил, что рейсы из Малайзии дешевле, чем из Сингапура. Что я приехал всего на несколько дней, но тоже, в некоторой степени, из-за еды. Таможенник просмотрел ещё несколько страниц, нашёл визу Йемена. Он положил паспорт и уставился на меня.

— Какого дьявола вы делали в Йемене?

— Я ездил на остров Сокотра, это не материковый Йемен. Это небольшой остров недалеко от Сомали. Совершенно особое место, его иногда называют «ближневосточными Галапагосами». Думаю, растения и животные там на 85% туземные.

В течение следующих пяти часов я был допрошен ещё дважды. Во время первого раунда, помимо прочего, я рассказал историю своей жизни, сюжет своего второго романа, сообщил имя своего издателя, название своего банка и имя своего агента по недвижимости. Вместе мы просмотрели все фотографии на моём ноутбуке и сообщения в телефоне, полученные за последние месяцы. Они записали имена всех, с кем я контактировал. К моим пиратским программам и фильмам они не проявили никакого интереса.

— Так…  каков ваш вердикт?

— У нас сложилось впечатление, что у вас больше связей со странами, с которыми у нас нет дружественных отношений, чем с вашей собственной страной. Мы решили отправить вас обратно на канадскую границу.

Меня отвезли обратно. В машине не было сказано ни слова. Это было бесполезно. Я был уничтожен. На канадской границе они сказали:

«Ещё один попался. Этот из Нидерландов».

Да, он вам попался, отлично, ковбой. Спасибо за унижение целой страны.

Канадская сотрудница посмотрела на меня с жалостью. Спросила, не нужно ли мне что-нибудь. Я сказал, что можно бы кофе и сигарету. Она отнесла мой паспорт в служебную комнату и через пять минут вернулась, с извиняющейся улыбкой, свежим штампом на паспорте, кофе, сигаретой и билетом на ближайший автобус до Монреаля.

Дамы и господа, вот во что мы превратились.

Почему я никогда, никогда не вернусь больше в Соединённые Штаты

Статья полностью здесь.

Министерство внутренней безопасности США готово к краху Уолл-стрита

Из поступающей информации следует, что Министерством внутренней безопасности (МВБ) проводится масштабное, скрытое наращивание военной силы.  В февральской статье Associated Press был подтверждён факт размещения МВБ открытого заказа на закупку боеприпасов в количестве 1,6 миллиардов патронов. Согласно статье в «Форбс» этого количества достаточно для того, чтобы на протяжении более 20 лет вести боевые действия масштабов войны в Ираке.

МВБ также обзавелось тяжелобронированными машинами, которых видели разъезжающими по улицам. Очевидно, кое-кто в правительстве ждёт довольно серьёзных гражданских волнений. Вопрос – почему?

Ставшие недавно известными высказывания бывшего премьер-министра Великобритании Гордона Брауна, сделанные в разгар банковского кризиса октября 2008 года, могут дать некоторое понимание вопроса. 21 сентября 2013 года на BBC News вышла статья, основанная на скандальной автобиографии «Упоение властью» спин-доктора Брауна по имени Дамиан Макбрайд. В ней говорится, что премьер-министр был встревожен тем, что правопорядок во время финансового кризиса может рухнуть.

Макбрайд привёл следующие слова Брауна:

Если банки закрывают свои двери, пункты выдачи наличных не работают, и люди идут в «Теско» [розничная сеть], а их карты не принимаются, то вся эта ситуация просто взорвётся.

Если нельзя купить еды, бензина или лекарств для своих детей, народ просто начнёт бить витрины и брать всё сам.

А как только народ увидит это по телевизору – это конец, потому что каждый решит, что теперь такое в порядке вещей, что всем нам ничего другого и не остаётся. Будет анархия. Вот что может произойти завтра.

Как справиться с этой угрозой? Браун сказал: «Нам нужно подумать – будет ли у нас комендантский час, будем ли мы выводить армию на улицы, как нам восстановить порядок?»

Макбрайд написал в своей книге: «Было непривычно видеть Гордона полностью отдающим себе отчёт в опасности того, что он собирался сделать, и в то же время настолько же убеждённым в том, что необходимо немедленно принимать решительные меры». Он сравнивал угрозу с Кубинским ракетным кризисом.

Страх перед этой угрозой в сентябре 2008 года эхом отдался в словах тогдашнего министра финансов США «Хэнка» Полсона, который, как сообщалось, предупреждал о том, что если Уолл-стрит не будет спасён от кредитного краха, американское правительство может быть вынуждено прибегнуть к военному положению.

В обеих странах обошлось без военного положения, так как их законодательные органы поддались давлению и выкупили токсичные активы банков. Но многие эксперты говорят, что надвигается ещё один коллапс; и на этот раз правительства могут и не гореть таким желанием брать всё на себя.

В следующий раз будет по-другому.

Событием, спровоцировавшим кризис 2008 года, было бегство клиентов, но не из обычной банковской системы, а из «теневой» банковской системы – множества небанковских финансовых посредников, оказывающих услуги, похожие на услуги традиционных коммерческих банков, но не регулируемых государством. В их числе хедж-фонды, фонды рынка краткосрочных капиталов, кредитные инвестиционные фонды, биржевые индексные фонды, фонды прямых инвестиций, фондовые брокеры, секьюритизационные и финансовые компании. Инвестиционные и коммерческие банки тоже могут вести бо́льшую часть своего бизнеса в тени этой нерегулируемой системы.

Теневое финансовое казино после 2008 года только выросло, и в случае следующего краха в стиле Lehman Brothers финансовая помощь от государства может и не прийти. Как сказал Барак Обама в связи с принятием Закона Додда-Франка от 15 июля 2010 года, «в результате этой реформы… не будет больше никаких бейлаутов за счёт налогоплательщиков – точка».

Европейские правительства тоже шарахаются от дальнейших мер финансовой помощи банкам. Поэтому Совет по финансовой стабильности (СФС) в Швейцарии потребовал от подверженных системным рискам банков составить «прижизненные завещания», где были бы расписаны меры, которые будут ими приняты в случае их неплатежеспособности. Установленная СФС схема требует от них «привлекать к оказанию финансовой помощи» своих кредиторов; а вкладчики, как оказывается, являются крупнейшим классом кредиторов банков.

Когда вкладчики не могут добраться до своих банковских счетов, чтобы взять деньги на еду для детей, они вполне могут начать бить витрины магазинов и брать, что лежит на полках, сами. Что ещё хуже, они могут сговориться и свергнуть подконтрольное финансистам правительство. Тому подтверждение Греция, где растущее разочарование в способности правительства спасти граждан от худшей с 1929 года депрессии, вызвало беспорядки и угрозы насильственного переворота.

Страхом перед наступлением такого результата можно объяснить массовую, проводимую с санкции правительства слежку за американскими гражданами, использование беспилотников внутри страны, а также изъятия из надлежащих правовых процедур и posse comitatus (федерального закона, запрещающего военным охранять «правопорядок» на объектах, не находящихся в федеральной собственности). Конституционные гарантии отбрасываются ради защиты интересов класса элиты, находящегося у власти.

Министерство внутренней безопасности США готово к краху Уолл-стрита

Доктрина Обамы

Недавняя перепалка Обамы и Путина по поводу американской исключительности дала новый толчок дебатам по вопросу доктрины Обамы. Не сползает ли президент в сторону изоляционизма? Или он горделиво понесет знамя американской исключительности?

Эти дебаты уже и мельче, чем они кажутся. Между двумя позициями много общего, о чем однозначно говорил Ганс Моргентау (Hans Morgenthau), основатель доминирующей на сегодня «реалистической» школы международных отношений, которой чужда сентиментальность.

Моргентау неизменно называл Америку уникальной страной среди всех держав прошлого и настоящего, говоря, что она имеет «трансцендентальное предназначение», которое должна «отстаивать и продвигать» во всем мире. Он называет это «установлением равенства в свободе».

Соперничающие между собой концепции исключительности и изоляционизма признают эту доктрину и различные ее положения, однако расходятся в плане ее практического применения.

Один из самых радикальных ее постулатов энергично отстаивал президент Обама, выступивший 10 сентября с обращением к нации. «Главное отличие Америки, то, что делает нас исключительными», заявил он, это наша готовность действовать «смиренно, но решительно», когда мы обнаруживаем где-то нарушения.

«Почти семь десятилетий Соединенные Штаты являются опорой глобальной безопасности», и эта роль «значит много больше, чем заключение международных соглашений; она означает приведение их в исполнение».

Другая концепция, концепция изоляционизма, состоит в том, что мы больше не в состоянии выполнять благородную миссию пожарного, который бежит тушить пламя, зажженное другими. В ней всерьез рассматривается предостерегающее заявление, с которым 20 лет назад на страницах New York Times выступил обозреватель Томас Фридман (Thomas Friedman), сказавший, что «почти исключительное положение идеализма в нашей внешней политике» может привести к тому, что мы начнем пренебрегать своими собственными интересами, преданно пытаясь отстаивать интересы и потребности других.

Хомский: доктрина Обамы

1 2 3 23