Великий сланцевый обман

Энергетическая революция или финансовый пожар?

Недорогая энергия против продолжительного загрязнения: в Соединенных Штатах дилемма в отношении сланцевого газа и сланцевой нефти не мучила ни бизнесменов, ни власти. Менее чем за десятилетие, эти новые ресурсы, как говорят, поставили Америку на рельсы экономического роста, создали новые рабочие места, восстановили конкуренцию. А если эта «революция» была лишь спекулятивным пузырём, который скоро лопнет?

Если верить заголовкам американской прессы, прогнозирующим экономический рывок, вызванный «революцией» сланцевого газа и нефти, страна скоро пресытится «черным золотом». В докладе «Perspectives énergétiques mondiales 2012» (Глобальные энергетические перспективы 2012) Международное агентство по энергии (ИАЭ) объявила, что в 2017 году Соединенные Штаты сменят Саудовскую Аравию на первом месте в мире по нефтедобыче и будут наслаждаться “кажущейся энергетической независимостью”. По мнению ИАЭ, запланированное увеличение производства углеводородов с восьмидесяти четырех миллионов баррелей в сутки в 2011 году до девяносто семи в 2035 году, будет состоять из «полностью из сжиженного природного газа и нетрадиционных источников» (в основном из сланцевых газа и нефти), в то время как традиционная добыча начнёт снижаться с ... 2013 года.

Извлеченные через гидравлический разрыв пластов (впрыск под давлением смеси воды, песка и химикатов, для расщепления скальных пород и возгонки газа), благодаря технике горизонтального бурения (что даёт больше времени для обработки геологических слоев), эти ресурсы могут быть использованы только за счет серьезного загрязнения окружающей среды. Но их эксплуатация в Соединенных Штатах вызвала создание нескольких сотен тысяч рабочих мест и предоставляет преимущество изобилия недорогой энергии. По данным доклада 2013 года «Энергетические перспективы: взгляд в 2040 год», опубликованного группой ExxonMobil, американцы, начиная с 2025 г. станут нетто-экспортёрами углеводородов, благодаря сланцевому газу, в условиях сильного роста мирового спроса на газ.

А если «сланцевая революция» вместо того, чтобы укрепить только что начавшую восстанавливаться мировую экономику, только надувает спекулятивный пузырь, к тому же готовый скоро лопнуть? Слабость возобновившегося экономического роста, а также опыт последних лет должны предостеречь нас от излишних надежд. Испанская экономика, например, ещё недавно переживавшая расцвет (четвертое место в еврозоне в 2008 г.), обрушилась после того как безо всяких предупреждений лопнул пузырь на рынке недвижимости, к которому она была крепко привязана. Политический класс извлёк мало уроков из кризиса 2008 года, и сейчас делаются те же самые ошибки, но теперь в области ископаемых источников энергии.

Расследование “Нью-Йорк Таймс” от июня 2011 года уже выявило несколько трещин в медийно-предпринимательском здании “сланцевого успеха” и раскрыло сомнения различных наблюдателей — геологов, юристов, рыночных аналитиков — в отношении рекламных ходов нефтяных компаний, подозреваемых в том, что они “сознательно и даже незаконно переоценивают эффективность своих месторождений и объемы их запасов ". "Извлечение газа из подпочвенных сланцев», — пишет газета, — «может оказаться сложнее и дороже, чем сообщают компании, — на это указывают сотни электронных сообщений и документов, которыми обмениваются эксперты по этой теме, а также анализ данных, полученных во многих тысячах копях.

В начале 2012 года два американских советника подняли тревогу в «Petroleum Review» , главном журнале британской нефтяной промышленности. Спрашивая себя о «надежности и устойчивости запасов сланцевого газа в США», они отмечают, что прогнозы нефтяников согласуются с новыми правилами Securities and Exchange Commission (SEC) , Федерального Агентства по контролю за финансовыми рынками. Принятые в 2009 году, эти новые правила позволяют компаниям оценивать объем своих резервов, как им заблагорассудится, без контроля со стороны независимого органа.

Для предпринимателей переоценка запасов сланцевого газа позволяет значительно уменьшить риски, связанные с их эксплуатацией. Но гидроразрыв газоносных пластов не только оказывает разрушающее воздействие на окружающую среду, он также создаёт чисто экономические проблемы, так как из-за него добыча сланцевого газа очень недолговечна. В журнале «Nature» бывший научный советник британского правительства Дэвид Кинг подчеркивает, что выработка сланца из шахты падает с 90% до 60% через год после начала эксплуатации...

Такое резкое падение добычи, очевидно, делает невозможной надежду на прибыли. Сразу после выработки шахты их хозяева должны создавать другие, чтобы выдерживать уровень производства и погашать долги. Когда конъюнктура благоприятна, такой бег вперёд позволяет вводить в заблуждение в течение нескольких лет. Таким образом, в сочетании со слабой экономической активностью, производство сланцевого газа в шахтах — в зависимости от времени выработки, от обильного до вялотекущего — вызвало заметное падение цен на природный газ в США, с 7 или 8 долларов за один миллион БТЕ (British Thermal Unit — Британская тепловая единица) до менее чем 3 долларов в 2012 году.

Эксперты по финансам не дают себя обмануть: “Сланцевая экономика — экономика разрушения”, предупреждает журналист Вольф Рихтер в «Business Insider». Выработка сланцев пожирает средства с поразительной скоростью, оставляя гору долгов, когда производство разваливается. Чтобы избежать падения прибылей, компании вынуждены закачивать в пласты все больше и больше, осушая шахты одну за другой. Увы, рано или поздно, такая схема упрется в стену.

Геолог, который работал в «Amoco» (до ее слияния с BP), г-н Артур Берман, признает, что он удивлен темпами «невероятно быстрого» исчерпания слоев. Образно называя город Eagle Ford, Техас, “матерью сланцевой нефти”, он говорит, что «ежегодное снижение добычи составляет более 42%» . Для того чтобы обеспечить стабильный доход, нефтяники будут вынуждены бурить "почти тысячу дополнительных шахт ежегодно в одном и том же месте. Эти расходы составляют от 10 до 12 миллиардов долларов в год ... Если суммировать все, можно достичь суммы, выделенной для спасения банковского сектора в 2008 году. Откуда они возьмут столько денег? «.

Газовый пузырь уже начал своё воздействие на некоторые самые мощные нефтяные компании на планете. В июне 2012 года генеральный директор ExxonMobil г-н Рекс Тиллерсон, пожаловался на плохое финансовое положение, объяснив, что падение цен на природный газ в Соединенных Штатах — это хорошо для потребителей, но сущее проклятие для компании, чьи доходы резко сократились. В то время как перед своими акционерами ExxonMobil обязалась не терять ни одного сантима, г-н Тиллерсон выступил перед Советом по международным отношениям (CFR) , одним из наиболее влиятельных в стране мозговых центров think tanks, говоря чуть не плача: «Мы все терпим полный крах. Мы больше не зарабатываем деньги. Все показатели находятся в красной зоне».

Практически в то же самое время британская нефтегазовая компания BG Group была вынуждена „снизить ценность своих активов в американской газодобывающей промышленности до 1,3 миллиарда долларов“, что означает „чувствительное падение ее промежуточных доходов” . 1 ноября 2012 года, после того как нефтяная компания «Royal Dutch Shell» пережила три триместра с плохими результатами, с суммарным годовым падением в 24% , информационная служба Dow Jones сообщила эту роковую новость, тревожась из-за “урона”, вызванном (ранее) бешеным успехом сланцевого газа на всех биржевых площадках.

От панацеи к панике

Хотя «Chesapeake Energy» является пионером в освоении сланцев, эта американская компания не сумела избежать газового пузыря. Придавленная тяжестью долгов, компания была вынуждена продать часть своих активов — месторождения газа и нефтепроводы на общую сумму в 6,9 миллиарда долларов — для удовлетворения своих кредиторов. “Компания сокращает свои активы, в то время как ее Генеральный директор сделал из нее одного из лидеров сланцевой революции“, — сожалеет Washington Post.

Как герои этой “революции” могли так низко пасть? Аналитик Джон Дизард наблюдал в «Financial Times» от 6 мая 2012 года, как производители сланцевого газа израсходовали “в несколько раз больше собственного капитала в целях приобретения земли, бурения шахт и развития своих программ». Для того, чтобы финансировать эту золотую лихорадку, нужно было занимать огромные суммы «на сложных и тяжелых условиях», ибо Уолл-стрит не делал исключения из своих обычных правил. По мнению Дизарда, газовый пузырь, однако, скорее всего и дальше будет раздуваться, в связи с зависимостью Америки от этих обреченных на экономическое уничтожение ресурсов. «Учитывая эфемерную доходность шахт со сланцевым газом, бурение будет продолжаться. Цены, в конце концов, установятся на высоком уровне, даже очень высоком, чтобы покрыть не только прошлые долги, но и реальную стоимость на продукцию”.

Однако нельзя исключать то, что многие крупные нефтяные компании одновременно столкнутся с подобной финансовой катастрофой. Если это случится, говорит г-н Берман, "могут произойти два или три банкротства или очень громкая сделка по покупке, из-за чего каждый сможет забрать свои деньги, а капиталы испарятся. Это был бы наихудший из всех сценариев”.

Иными словами, аргумент, согласно которому сланцевый газ сможет защитить Соединенные Штаты или весь мир от «нефтяного пика» — уровня, на котором комбинация геологических и экономических ограничений сделает переработку нефти слишком сложной и дорогостоящей — является лишь детскими сказками. Многие недавно опубликованные независимые научные доклады подтверждают, что газовая «революция» не установит новые сроки в этом отношении.

В докладе, опубликованном в журнале «Energy Policy» , команда Кинга делает вывод, что нефтяная промышленность переоценила на треть мировые запасы ископаемых источников энергии. Пока еще доступные пласты не превышают, по их мнению, восемьсот пятьдесят млрд. баррелей, в то время как официальные оценки говорят о тысяче трехстах миллиардов. По мнению авторов, «если большое количество полезных ископаемых так и останется в глубинах Земли, то объем возможной добычи нефти по тарифам, к которым наша глобальная экономика привыкла, является ограниченным и имеет тенденцию к снижению в недалёкой перспективе».

Несмотря на то, что ценные газы удаляются из подпочвенных слоёв посредством гидроразрыва пластов, снижение существующих запасов продолжается темпами, оценённых 4,5 и 6,7% в год. Кинг и его коллеги, следовательно, полностью отвергают тезис, согласно которому эксплуатация сланцевых газов может решить энергетический кризис. В свою очередь, финансовый аналитик Гейл Тверберга напоминает о том, что мировое производство традиционных ископаемых источников энергии перестало расти в 2005 году. Эта стагнация, в которой он видит одну из основных причин кризиса 2008 и 2009 годов, была как бы предвозвестником спада, который может привести к дальнейшей эскалации нынешней экономической рецессии — со сланцевым газом или без него. Далее, в докладе, опубликованном сразу после доклада ИАЭ, «New Economics Foundation» (NEF) предсказывает появление «нефтяного пика» в 2014 или 2015 году, когда цена переработки “превзойдёт цену, которую экономики мира смогут выдержать без существенного вреда для своих активов”.

Эти исследования не привлекли внимания ни СМИ, ни политических кругов, пресыщенных рекламной риторикой энергетического лобби. А жаль, потому что их заключение легко понять: не помогая никому улучшить своё благосостояние, сланцевый газ надувает искусственный пузырь, который временно скрывает глубокую структурную нестабильность. Когда этот пузырь лопнет, он спровоцирует кризис поставок и рост цен, что болезненно скажется на мировой экономике.

Источник