Журнал «Сноб» думае за Беларусь


Сам-то я, конечно, не сноб ни разу. А тут в журнале «Сноб» был помянут не к ночи, да ещё в комплиментарном контексте и в приличной компании. Автор тезисно пересказывает прессуху Президента Республики Беларусь А.Г.Лукашенко, которую я не видел. Разумеется, можно закрыть глаза на реалии и впарить Главе государства идею, будто «Голос Зажопинска» и «Ночной Мухосранск» вкупе с региональными ФМ-станциями формата «Пизди-пизди — приятно слушать», способны донести правду о Беларуси синеокой™ до самого сердца не чужих нам дорогих россиян. Но мне, в любом случае, за Президента Республики Беларусь А.Г.Лукашенко не стыдно именно потому, что он человек убеждённый, и от своих убеждений не отказывается. И вам не даст, распиздяи! А это значит, что страна продолжит строить сильную и процветающую Беларусь. Чего бы ей это не стоило.  Ну, а дальше текст, собссна...

Мне стыдно за своего президента

Лукашенко собрал в Минске 90 российских журналистов — главным образом, редакторов и корреспондентов региональных российских изданий. Итоги встречи оказались предсказуемы: «Батька» не собирается меняться ни под давлением кризиса, ни в угоду Западу

Хотя, казалось: вот он, кризис, заставит сменить риторику, начать договариваться с Западом о кредитах, считаться с оппозицией и делать осторожные, взвешенные заявления. Но экс-председатель колхоза не собирается меняться. Страна смирилась с резким ухудшением жизни: в субботу на общенациональную забастовку, организованную оппозицией, собралось всего около тысячи человек. Разговоры о новых ценах и «произволе» властей уже стали заметно тише, чем были летом. Белорусы смирились. А интеллигенция вновь усиленно заговорила об эммиграции, хотя весной, казалось, у всех были смутные надежды на перемены.

Общественность Лукашенко заверил: жить он будет лет до 90, а уйдет только в случае «объективного падения рейтинга». «Если бы я только был уверен и знал, что более 80% белорусов ненавидят Лукашенко, я бы собрал вещи и сказал: спасибо братцы-белорусы. Я не держусь за это кресло ради власти и денег», — заявил Лукашенко. В общем, белорусский правитель уходить не собирается. И 12 лет, которые в России будет править Путин, для него далеко не предел. Вряд ли у кого-то возникают сомнения, что это будут еще более депрессивные годы, чем были до сих пор.Лукашенко излучал такую уверенность в себе и расслабленность, что даже не пытался подбирать слова. Например, если Россия откажется от Кавказа, то для всех, включая белорусов, «это будет хана», считает «Батька».

А еще он заявил, что выборы провел «по понятиям». «По понятиям Европейского союза. Мы полностью ушли от нашего законодательства», — заявил «Батька». Дело в том, что по белорусским законам баллотироваться на пост президента может только тот кандидат, чья команда соберет 100 тысяч подписей избирателей. По мнению Лукашенко, он лично помогал оппозиционерам выполнить это непростое условие: «Главное было (у ЕС — прим. А. Ж.) требование — всех зарегистрировать, а у нас надо 100 тыс. подписей собрать для регистрации. Ну ладно, прошел раунд сбора подписей. Один в Витебском районе взял телефонный справочник и всех переписал. Ну как его зарегистрировать? Этого не регистрировали, остальных зарегистрировали — 10 человек. Я им отдал 600 тыс. своих подписей. У меня где-то было 2 млн 700 тысяч, я им отдал, чтобы ЦИК их зарегистрировал. Зарегистрировали всех, под железным моим давлением».

Лукашенко также отметил, что по просьбе Запада разрешили приехать журналистам и политикам, которым запрещен въезд в страну. «Все вражьё приехало в Беларусь, мы всем открыли границы. Все, что требовали, мы сделали. Я декреты подписывал один за другим, меняя законодательство под выборы. И что, какой сегодня результат? Все равно Лукашенко сегодня диктатор и негодяй». Этими словами «Батька» подвел черту и дал всем понять: на мнение Запада ему совершенно плевать, никаких послаблений и «оттепели», которую все так ждали, не будет. И даже добавил, что не будет «заигрывать с Западом в ущерб России». Куда ближе белорусскому лидеру мировые изгои. «Почему-то только на меня все шишки сыпятся: Лукашенко, Каддафи, Кастро, Уго Чавес и так далее. Должен сказать, вот кто не знает — это не худшие люди. Это прекрасные политики, любящие свою страну».

Оппозиции, считает Лукашенко, в стране просто нет. «У нас в Беларуси нет оппозиции, а есть пятая колонна, потому что она содержится Западом, — подчеркнул президент. — О чем с ними можно разговаривать?!». А ведь еще в начале года у многих были надежды, что представители оппозиции появятся в парламенте. Теперь об этом, очевидно, можно забыть.

Политзаключенных, по мнению диктатора, тоже нет. Есть только психически больные. «Один написал заявление о том, что он психологически истощен. Ну, поместили его в больницу, провели обследование. У него степень шизофрении, дали ему вторую группу инвалидности. Нельзя же держать в тюрьме больного человека, инвалида. Выпустили его», — такими словами Лукашенко прокомментировал освобождение нескольких политзаключенных.

Не осталось надежд и на экономические реформы, поддержку бизнеса. Когда у президента спросили, что он думает о необходимости перемен и снижении кредитного рейтинга со стороны S&P, тот ответил: «Против этого Standard & Poor's кто только не выступал, и Обама, и другие. И плевали в его адрес, и так далее. Только не их дело давать рекомендации, и наши реформы — не их дело. Мы сами с ними разберемся. Это одна и та же контора, из одной банды, которая хотела бы, чтобы мы порезали на куски всю страну и подешевле кому-то отдали. Оценили — и на здоровье. Мы у них кредиты не берем».

Но главное даже не это. Лукашенко не пытается казаться интеллигентным. Вот, например, как он «ткнул» Дмитрия Мевдедева: «Дай мне комп и скажи: «найди что-нибудь». Мой 7-летний пацан это сделает в течение нескольких минут, если есть такое матерное слово, как вай-фай. А я — нет... я классический человек... когда президент в инновациях слишком «впереди планеты всей», это вызывает сарказм в обществе... Могу пальцами тыкать в айпады, но это не президентское дело, должна быть классика, президент должен быть консервативным».

А еще наш президент — гомофоб. Когда он описывал встречу с министром иностранных дел Польши Гидо Вестервелле, то здорово повеселил публику: «Обиделся Вестервелле, что я там высказался, что я не приемлю... как это называется... этот гомо... не, мужик с мужиком — это что? Гомосексуализм. Я не знал, честное слово. Мне министр написал, что у него, я не дочитал эту справку. Я и начал рассуждать, что если лесбиянство, то мы, мужики, виноваты. Простительно, женщина с женщиной терпеть можно. Но, говорю, когда уже этот гомосексуализм — то это ужас».

Ужас-то ужас, только заключается он не в гомосексулизме некоторых европейских политиков. А в том, что за четыре часа своей речи Лукашенко в очередной раз поставил перед тысячами интеллигентных людей тот самый вопрос: «А может, ну это все к черту, и начать собирать чемоданы?». Недавно я услышал это от знакомого дизайнера, которого до сих пор мысль об эммиграции не посещала. Самые главные белорусские тележурналисты — Егор Хрусталев, Александр Зимовский, Сергей Дорофеев — уже уехали, кто в Россию, кто в Киев. Бизнесмены, по примеру российских коллег, уже начали скупать дома в Лондоне и других европейских городах, «попроще». Едва ли не каждый «оппозиционный» журналист, побывавший в Европе, уже всерьез рассказывает о планах сбежать куда-нибудь в Чехию, на радио «Свобода».

Так что не стоит исключать, что в скором времени мы станем свидетелями печальных событий, когда страну начнут покидать в массовом порядке наиболее активные ее граждане.

Источник